Онлайн книга «Наша погибель»
|
– Саманта Хертфорд, – ответила она. – Я замужем, это фамилия супруга. Изабель бросила на Эдварда выразительный взгляд. – Не торопитесь, Саманта, говорите, как вам удобно. – Хорошо, – кивнула она, повернулась к скамье подсудимых и робко произнесла: – Привет, папа. Вуд помахал дочери дрожащей рукой. Саманта Хертфорд, урожденная Вуд, провела счастливое детство. Она была старшей из троих детей и играла обычную для многодетных семей роль. Кто-то мог бы сказать, что Саманта была командиршей. Но ей нравилось присматривать за младшими. Эти ценности ей привил отец, а она передала их своим детям. Ответственность за младших нужно принимать с рвением и гордостью. В этом все дело. Люди судили о ее отце, зная лишь одну часть его жизни. И эта часть была очень болезненной для человека, якобы совершившего ужасные поступки (а папа сразу признался в них, чтобы избавить обвинителей от мучений судебного разбирательства). Но людям известны только тридцать пять дней жизни ее отца – ну или около того, – хотя ему семьдесят лет. И она, Саманта, пришла сюда, чтобы рассказать об остальных шестидесяти девяти годах и трехстах тридцати днях. Потому что эти дни тоже имеют значение. Ее папа был любящим мужем. Ни разу за пятьдесят лет он не поднял руку на ее мать. Да они вообще никогда не ссорились, это каждый может подтвердить. Он был прекрасным, верным супругом. Мама сегодня плохо себя чувствует, после ареста мужа ей сильно нездоровится, но она познакомилась с папой еще в школе, знает его лучше, чем кто-либо другой, и попросила старшую дочь рассказать о нем. На лице Изабель появилась странная недоверчивая улыбка. Саманта хотела рассказать о субботних днях. В ее детстве было намного больше тридцати пяти таких суббот, это совершенно точно, и она собиралась поведать суду, как папа их проводил. Бо́льшую часть того времени, что отец служил в полиции, он работал по пятницам в ночную смену. Папа был не из тех людей, кто отказывается от неудобного графика. Он не думал о повышении, медалях и о том, как угодить начальству. Ему просто нравилась работа полицейского. Понимаете, ему нравилось присматривать за порядком. Он приходил домой в субботу утром, спал несколько часов, а в десять утра садился за руль и вез Саманту играть в футбол туда, куда она пожелает. Он говорил ей, что девочки могут заниматься спортом точно так же, как и мальчики. Отец стоял на сотнях футбольных полей по всему юго-восточному Лондону, пока она играла, средний брат тем временем прыгал вдоль бровки, а младший был привязан к папиной груди. Никто не верил в Саманту так, как папа. День, когда она поступила в университет, стал лучшим в папиной жизни. Многие здесь, в зале суда, не понимают, что это значит, многие вообще не задумывались об этом. Они понятия не имеют, с какого социального дна выбрался Найджел Вуд, с чем ему пришлось столкнуться в детстве. Такие вещи здорово влияют на людей. Но он прошел через все это и остался хорошим отцом. Он отвез дочь в кампус, бережно погрузив в багажник все ее пожитки. Сфотографировался с ней перед входом, а потом прождал до самой ночи, чтобы убедиться, что она хорошо устроилась. И весь первый семестр Саманта то и дело находила пяти- и десятифунтовые банкноты в сумке, в кармане джинсов, в книжке как раз в тот момент, когда ей особенно нужны были деньги. |