Книга Мираж над пустыней, страница 39 – Сергей Журавлев

– Плотный брезент гораздо лучше твоей рыбной сетки. Сеть вблизи действительно может скрывать самолет, но в ней все равно есть просветы. И если подняться на высоту более сотни метров, можно различить из-за этого контур фюзеляжа. Сплошная накидка это исключает. Кроме того, брезент может защитить даже от некоторых осколков при налете бомбардировщиков, – кипятился Шатриан.

– Зато какая парусность у брезента, – не менее возбужденно возражал Дюваль. – Ты знаешь, какой силы бывают здесь ветра? Сорвет крепления, и плотная ткань с металлическим крепежом может хлестануть по корпусу, не хуже осколков бомбы.

– Не смеши меня. Ты ни черта не смыслишь в самолетах.

– Зато у меня есть здравый смысл, а значит, мозги.

Их пикировка скоро закономерно перешла на личности. Ивон осознанно пошел на обострение отношений. Он посчитал, что только выведя Теодора из себя, спровоцировав его на выплеск эмоций, можно выведать причину скрытой неприязни. Наконец разведчику удалось значительно распалить собеседника.

– Я не верю тебе, ты лгун. – Указательный палец француза был выставлен в направлении Дюваля.

– В чем же я соврал?

– Ты не француз и выдаешь себя за другого!

Это было серьезное заявление. Но как могло случиться, что его раскрыли? Такого поворота от простого военного разведчик не ожидал. В чем его прокол? Дело приобретало серьезный оборот.

– Не понял, поясни. – Дюваль быстро окинул взглядом территорию. Они вдвоем сидели в тени за ангаром, поблизости свидетелей не было. «В крайней ситуации может произойти несчастный случай или бытовая ссора».

– У меня абсолютный слух.

– И что?

– Ты отлично говоришь по-французски, но это не твой родной язык, – с усмешкой заявил Теодор, пристально глядя в глаза Ивону. – И ты слишком хорошо разбираешься в военном деле для гражданского. Ты знаешь терминологию, знаком с тактикой, хорошо разбираешься в вооружении. Слишком хорошо для торговца. Ты не Ивон Дюваль. Ведь так?

Летчик собрался и стал похож на взведенную пружину. Икар, наоборот, после его слов расслабился. Раскрытия не было. Он улыбнулся.

– Не укрыться от бури тому, кто ведет по пустыне верблюда, – произнес арабскую пословицу Икар. Только сказал он это по-мордовски. На языке, который наравне с русским считал родным. Это было чистое хулиганство, но он не мог отказать себе в удовольствии увидеть, как от удивления округлились глаза Теодора. Рассмеялся и повторил ту же фразу по-французски.

– Это что за язык?

– Мордовский.

– Никогда про такой не слышал. А где такая страна, в которой говорят на этом языке?

– Ты все равно не знаешь, – оборвал это направление расспросов разведчик. – Ты прав, Теодор, я не так давно стал Ивоном и французским гражданином. И в военном деле я не новичок, пришлось повоевать. У меня даже есть медали. На одной, «За храбрость», на ленточке висят две бронзовые планки. На одной написано «Алжир», на другой «Марокко».

– Французский Иностранный легион, – звонко хлопнул себя по лбу Шатриан. – Точно! Как же я раньше не понял. Ты сменил имя и гражданство после службы в легионе.

– Ну вот видишь, как все просто.

– Ты отслужил полный контракт?

– Нет, комиссован после второго ранения.

Они крепко пожали друг другу руки, как знак признания воинского братства. Теперь Теодор смотрел на Дюваля уже по-другому. А Икар почувствовал, как у него взмокла спина под рубашкой.