Книга Год черной тыквы, страница 151 – Валерия Шаталова, Дарья Урбанская

– Что есть то есть, – горько усмехнулся я. Повисла долгая пауза, которую никто не решался прервать. Пришлось опять мне: – Ну так и чего дальше-то делать будем?

Лило Халла. Мост Костей, остров Хейм

Мы залегли в камнях, неподалёку от Кремля карателей. Я смотрел, как уходят вперёд охотники, и прошептал Йонсе:

– Я так и не понял, почему они мне помогают.

– Потому что они хорошие люди и поступают по совести. Мы не смогли убедить Совет, но и ты не должен гнить в яме удильщиков просто так.

– Ну допустим. А почему помогают ему? – кивнул я на Горына.

– Потому что он предложил этот план.

– О, теперь всё ясно. Этот великолепный, роскошныйплан, по которому парни из твоего отряда отвлекают карателей, а мы дожидаемся отлива и бежим как можно дальше по Мосту Костей, сколько успеем, пока не случится кое-что?

– Именно, – невозмутимо подтвердил Горын.

– А Йонса нам на что? Шла бы с отрядом.

– Эй, я всё слышу вообще-то! – возмутила она.

Но Горын никак не отреагировал на подначку:

– На случай непредвиденных обстоятельств.

– А может, ты с нами на материк, а? – подмигнул я.

– Не мели чушь, – отрезала она. – Как я мать оставлю? И потом, я же родилась на Хейме, а Хейм не отпускает, это всем известно.

– Ой, да прекрати, – отмахнулся я. – Не отпускает, не прощает, любит, не любит, плюнет, поцелует… Совсем вы со своим островом помешались.

– Нет, ты не понимаешь, Лило. Хейм не отпускает в прямом смысле. Когда живёшь здесь долго – что-то происходит с твоим телом, и на материке уже не сможешь выжить, все об этом знают. Это ядовитая магия Йотунхейма, которой пропитано всё вокруг. Магия, которая противостоит человеческой природе. Она меняет нас. Даже скилпады на материке дохнут через некоторое время, что уж про людей говорить.

– Ну ясно, – скептически проворчал я, но тему закрыл.

Время ожидания затягивалось. От неудобной позы у меня всё затекло, и я придвинулся ближе к Йонсе.

– Я тебе говорила, что ты воняешь ивингскими угрями?

– Да, пару раз уже, – улыбнулся я и сдвинулся ещё ближе, так что наши бока соприкоснулись. – Скилпады, если что, тоже не ромашками пахнут. Ты не знала, охотница?

Она собиралась возмутиться, но я легонько дёрнул её за топорщившуюся кудряшку.

– Я бы хотел кое-что тебе отдать.

– Долг жизни?

– Нет.

– Парочку угрей из ям прихватил?

– Да нет же. Погоди. Эль! – тихо позвал я. – Э-э-эль? Ты где там?

Опоссум возник на валуне перед нами и демонстративно потёр нос обеими лапами.

– Эль, помнишь, мы кое-что в разрушенной части избы припрятали?

– Мы?

– Ну ладно – ты. Сгоняй-ка по-быстрому и принеси.

Опоссум принялся самозабвенно умываться, облизывая лапы, протирая ими морду и за ушами.

– Ты слышишь? – нахмурился я. – Эль?

– Эль, – позвал Горын и кивнул на меня. – Будь добра.

Элементаль тут же исчез.

– И как это понимать? – шепнул я Горыну. – Почему она слушается тебя, а не меня?

– Не серчай, друг, но она теперь моя. Я её перепривязал к себе.

Внутри меня вспыхнула злость. Хоть я и сам обещал Эль, что потом отдам её Горыну. Но то было бы потом. А теперь меня будто… обокрали. Неприятное ощущение. Не говоря уж о том, что в яме удильщиков её помощь бы мне весьма пригодилась.

– И как это вышло без магии? – спросила Йонса.

– Хороший вопрос, кстати, – согласился я.

Горын пожал плечами:

– Я позже собирался объясниться. Но раз уж разговор к этому пришёл, то юлить не стану, ты меня знаешь.