Онлайн книга «Год черной тыквы»
|
Первым рядом со мной оказался Чен, он единым движением поднял меня на ноги и задвинул себе за спину, закрывая сразу от обеих тварей – и от скилпада, и от Щуки. Последнего иначе как тварью я теперь назвать не могла. – Это был ты! – выкрикнула я. Подбежавшие Лучезар и Ян зашли от скилпада с двух сторон и накинули верёвку, стреноживая и сдерживая изо всех сил. Позади них бежал дед Каспий. Он, несмотря на свой почтенный для охотника возраст, вскочил на панцирь, оседлав тварь и целя арбалетом в череп. – Это был ты! – со слезами на глазах повторила я, выскочила из-за спины Чена, в два шага оказалась рядом со Щукой и врезала ему кулаком в лицо с такой силой и злостью, что тот отлетел чуть ли не под ноги скилпаду, бившемуся в путах. Но мне было плевать на панцероида, я молотила кулаками по парню, посмевшему отнять у меня любимую подругу. – Это ты! Ты! Откуда у тебя её медальон? Отвечай, сучий ты потрох! В меня метнулся медальон, но лишь коротко мигнул чёрным, так что даже я, не сведущая в йотунской магии, поняла – это артефакт, и он разрядился, не причинив мне вреда. Сильные руки Чена оторвали меня от Щуки, пока я захлёбывалась слезами и ругательствами. Но Чен отстранил меня не из-за заботы о Щуке, а чтобы самому как следует пнуть его по рёбрам. – Тебе вопрос задали, – ровным голосом произнёс Чен, негромко, но в словах звучала такая угроза и сила, что слышали все. – Она сама мне дала, – пискнул Щука. И получил ещё один болезненный удар. – Да честно… Новый удар. – Ладно, ладно. Это Авдотьи медальон, а не Глашкин. Ты же уже и так знаешь, что мы с ней… Ещё удар. – Их два всего! Медальона. Защитные они. Чеслав добыл где-то. Жене и дочери. Вот Дунька мне свой отдала, чтоб я на охоте не сгинул, – Щука закашлялся, отплёвываясь кровью из разбитой губы. – У Глашки тоже был такой. Для защиты. Для защиты! Скилпад рванулся, чуть не скинул деда Каспия. Но здоровяк Лучезар сумел удержать тварь, хоть верёвка и угрожающе натянулась. Ярость во мне бурлила с такой силой, что пока Чен раздумывал, не сломать ли Щуке ещё пару костей, я схватила его за грудки и подтянула ближе к скилпаду. Боль в ноге только придала мне сил. – Где ты был в ту ночь, когда убили Глашу? – отчеканила я вопрос. – Спал! Спал на лавке! – Брехня. – Зорями клянусь! – Я сказала – брехня. – Йонса, да честное слово! Рывком я подтянула его ещё ближе к твари. Щука заверещал: – Хватит! Не надо! На лавке я спал! Чен встал от него с другой стороны и теперь уже он подтащил визжащего Щуку ещё ближе к скилпаду. Тот, почуяв лёгкую добычу, стал сильнее рваться с верёвок. – Авдотья медальон дала для защиты! Она дала его мне! Мы с Ченом ещё на шаг проволокли Щуку по земле. – Авдотья дала, а Глашка в кружале увидела! У неё ж такой же был! – выкрикнул он. – Не надо! Хватит! Всё скажу! Мы подтянули его ещё на полшага. – Глашка увидела у меня медальон и всё поняла. Я на лавке спал! А потом из меня тыквач носом пошёл. Дурно мне сделалось… Не надо, стойте! Всё скажу! Я в уборную, а она за мной. Глашка! Сама виновата. Угрожала, что отцу расскажет. А я ж Авдотью… Любовь у нас. Она помогает мне. Талоны даёт, защиту… Я со всей дури пнула его в бок. Скилпад снова рванулся, но держали его крепко. Чен размеренно произнёс: – Дальше. – Да чего дальше-то… – захрипел Щука. – В уборной я Глашке слово, она мне – два. Повздорили мы. Сцепились. Она словно умом тронулась. Накинулась, как лопендра демонова. Исцарапала всего. Пыталась медальон с меня сорвать, а он возьми да и… |