Книга Дуэль двух сердец, страница 166 – Ксения Холодова

– Мы это уже обсуждали. Шансы мои равны вашим. В таком случае нам всем осталось недолго.

– Перестаньте! – взмолился Фёдор, отставив в сторону нетронутый бокал. – Дурной знак говорить о смерти перед тем, как входишь в новую жизнь! Свадьба через день… и мне, признаться, хватает тех жутких мыслей, которые со вчерашнего вечера со всем упорством проникают в моё сознание, не давая и на минуту вздохнуть спокойно. – Гвардейцы притихли, а Константин прервал попытки раскрыть переданную для него посылку. – Я хочу ошибаться, но чувствуется мне душой, что это начало неизбежного конца. Не только для нашего друга, но и всех нас.

Никто не предполагал, что такое радостное событие может что-либо омрачить. Каждый думал о своём, не подавая виду, что страшится смерти. Казалось, они были рождены именно для этого, чтобы в один роковой день, глядя последний раз в ясное или же затянутое свинцовыми тучами небо, умереть под громкие крики своих соратников.

– Сожалею, Филя, – мягким голосом первым произнёс Лесов, подошёл к другу и крепко обнял его высокое плотное тело. Фёдор растерянно округлил брови, замешкался с ответом, но всё же так же крепко обвил длинными руками маленькое тело Никиты. Вслед за Лесовым каждый ещё раз принёс жениху извинения, и постепенно всё вернулось на круги своя.

– Ты когда-нибудь уже покажешь, что тебе передали? – с нетерпением мальчишки воскликнул Корницкий и наклонился через весь стол, чтобы увидеть содержимое свёртка. – Сгораем же от любопытства.

– Кажется, только ты и сгораешь!

Гриша недовольно надул пухлые губы и застучал пальцами по столу в томительном ожидании.

– Быть не может! Кто посмел?! Корницкий?.. – Константин наконец добрался до посланного ему предмета, и стоило ему как следует разглядеть его, молодой гусар тотчас же вытянулся, встал со своего места, отодвинув стул в сторону, и с удивительным негодованием выставил руку над центром стола. На ладони его лежало фамильное кольцо.

– Любезный друг мой, я глубоко тронут, что это благородство ты приписываешь мне, но, клянусь, – Гриша медленно перекрестился и возвёл небесно-голубые глаза к потолку, точно к священному лику, – что я решительно не имею к этому никакого отношения! Бог мне свидетель, – стал оправдываться Гриша, словно его уличили в каком-то гнусном проступке.

Все знали, что Корницкий богач и выкупить кольцо друга не составит ему такого уж труда. Естественно, что все подозрения пали на него. Однако юноша продолжал упорствовать и всеми правдами и неправдами доказывал свою непричастность.

– Вы выжили из ума… Тот проклятый торгаш задрал такую цену! Кого мне из вас ругать?!

– Может, стоит просто поблагодарить? – подхватила Клэр с ясной улыбкой. Видеть Константина вновь радостным и с кольцом в руке было счастьем. Друг изогнул бровь и с сомнением посмотрел на Клэр, точно размышляя о том, что именно она послала кольцо. Клэр это заметила и отрицательно замотала головой.

Руки Константина едва заметно задрожали. От смеси удивления и сердитости у него пересохло во рту. Молодой человек хмурился, смотрел напряжённо и несколько раз пытался произнести слова признательности, но речь выходила такой глупой и скомканной, что он прерывал сам себя и начинал с самого начала. На глаза его набежали слёзы. Стоило Константину их почувствовать, как он тут же громко шмыгнул и накрепко сжал челюсть, не позволяя скатиться даже капле. Он немного манерно запрокинул голову и стоял так какое-то время, не решаясь снова надеть перстень на палец, точно он больше ему не принадлежал.