Книга Дуэль двух сердец, страница 126 – Ксения Холодова

Клэр направлялась к своим полковым товарищам и весь путь старалась превозмочь удушающий страх. Но даже он не изменил её. Сейчас она ничем не отличалась от себя прежней. От той, которую знали как Константина Ефременко. От той, которая была гвардейцам другом и не раз проявляла свою доблесть и отвагу. От того гусара, которым её все прежде считали. Но теперь на плечи легла тяжесть вины.

Как можно доверять ей после пережитого? Всё было ложью. Каждое её слово. Этого нельзя было изменить.

В груди пустело. Ладони стали влажными. Степан Аркадьевич шёл рядом, и несколько раз у Клэр возникало непреодолимое желание схватить его за руку. Волнение щекотало изнутри. Расползалось ядовитым плющом по коже, и Клэр сперва приняла его за обыкновенный озноб. Но на улице было тепло. Поразительно тепло, мирно и хорошо. Клэр шла навстречу своей судьбе. На свой же суд. Но если бы не это обстоятельство, скорее всего, она бы сбавила шаг, и, глядя по сторонам на неказистые дома, людей и шатающийся в округе скот, вдохнула бы поглубже и наконец порадовалась наступлению весны.

Уже показались скромные домики и палатки, в которых, как говорил Степан Аркадьевич, остановились «все наши». И под нашими он, конечно же, понимал их маленькую дружную компанию. Клэр сама не обратила внимания, как замедлила шаг. Степан Аркадьевич оказался впереди, и со стороны могло показаться, что она прячется за своего благодетеля, словно маленькая девчонка, нуждающаяся в защите… хотя так оно и было. Ей было нестерпимо страшно заглянуть в лица своих друзей теперь, когда они наконец знают её тайну.

– Ты идёшь? – нетерпеливо поинтересовался Степан Аркадьевич. Клэр молча кивнула и, вынырнув из своих мыслей, тотчас же ускорилась. – А я решил, что передумала.

– У меня нет на это права.

Они развели костёр практически у самого дома, и Фёдор уже что-то пытался на нём готовить. Стучала ложка по стенкам котелка. Корнет склонился над своим творением и с лёгким волнением следил, чтобы ничего не пригорело. Остальные в предвкушении расселись вокруг костра, вдыхая ароматы мяса и трав с такой жадностью, что могло показаться, что гусары не ели уже не первые сутки. Они были так заняты разговорами о еде, что даже не сразу разглядели, как к ним присоединились Клэр и Степан Аркадьевич.

Исай первым заметил их. Он толкнул брата локтем в бок, а сам ни на секунду не отвёл своего взгляда. За ним оглянулись и Костя, и Корницкий, и Габаев… Все. Больше всего Клэр переживала, что сейчас среди её друзей будут чужаки. Последними к ним повернулись уставший на вид Малиновский и Глеб Котов.

«Чёрт! Котов…»

Как ошпаренные все офицеры разом вскочили на ноги и вытянулись, гордо задрав подбородки, словно они на смотре перед императором. Лица у всех были мрачными и растерянными. Фёдор среагировал позже всех, и когда наконец увидел Клэр, то от неожиданности выронил из рук ложку, которой готовил.

– У-у-у, растяпа ты, Филя! – сказал Корницкий и тем самым разорвал раздражающее всех, затянувшееся молчание.

– Зачем вы явились? – спросил следом за ним Габаев грозным, холодным голосом, и в том голосе словно отразилось звучание ветров величественных кавказских гор.

– Я… – обратилась она ни к кому и ко всем, но Сергей продолжил, не дав ей договорить.

– Снова хотите выставить нас дураками? Хотите посмеяться? – В его голосе слышалась обида.