Онлайн книга «В плену романа»
|
Да, точно. Буду утешать себя этим. В любом случае расклад дел таков. Теперь у меня новая миссия. И в глубине души это раззадоривает. Мне нужно поймать убийцу, так что… да начнется игра. Словно зритель, наблюдающий за достоверным воспроизведением моего любимого романа, я смотрю, как Китти замирает перед королевой и делает изящный поклон. Меркурий II лает и спрыгивает с колен хозяйки, чтобы добраться до девушки. Китти, конечно же, одаряет его лаской, радуясь, что хоть кто-то ее не осуждает в этом переполненном зале. Она звучит совершенно искренне, когда восклицает: – Этот прием – большая честь для меня, ваше величество! Я обожаю собак. Признаюсь, зачастую больше, чем людей. – Вы также предпочитаете своего огненного дракона остальному миру? – О боже мой! – Китти резко распрямляется. – От-откуда вы знаете? – Ваше платье ослепительно-белого цвета, мисс Реммингтон, тем заметнее на нем пепел. Королева тепло улыбается, и Китти, стряхнув сажу как ни в чем не бывало, отвечает с той же неприкрытой жизнерадостностью: – Я прошу прощения, ваше величество, хотя это послужит мне хорошим уроком. Безупречность или совершенство, увы, недостижимы, и я, конечно же, не являюсь ни тем ни другим. Шарлотта склоняет голову в ответ. Она не выпускает Китти из виду, даже когда та уходит и настает мой черед. В этот раз я просто делаю реверанс и, как только королева машет рукой, удаляюсь, чтобы встать в углу со своей подопечной. – Я сделала что-то не так, Лала? – тихо спрашивает она меня. – Я должна была молчать, не так ли? Как говорила бабушка… – Ты все сделала безупречно, – заверяю я и, взяв ее под локоть, тяну в большой зал. Пока Китти болтает о еде (и сразу же направляется за ней), я внимательно рассматриваю всех джентльменов и леди вокруг нас. Здесь уже собрались не просто наивные, застенчивые дебютантки, ослепленные, как и мы, великолепием дворца, а умудренные опытом графы, герцогини с острым язычком и виконтессы с расчетливыми взглядами, которые прячут сплетни за веерами. Чем старше они, тем больше фальши я улавливаю в их движениях. От некоторых жестов (презрительных, высокомерных, нескромных) у меня стынет кровь. Очевидно, что Китти – самая красивая дебютантка, а после ее представления королеве – главная соперница для всех, кто стремится к тому, чтобы их дочерей назвали бриллиантом сезона. Неужели чья-то амбициозная мать хочет убить Китти? – О, Лала, смотри! Пирожные с кремом. – Одно из маленьких сохрани в ладошке, – советую я ей, не оборачиваясь, устремив свой взгляд в глубину комнаты. – На всякий случай. – Какая отличная идея! Джордж Китинг на месте. Вокруг него, как мотыльки у пламени свечи, вьются девушки. Они красивы, да, но не так, как Китти. Герцог говорит что-то, и все смеются. Кроме Сэмюэля Хаскелла, который снова закатывает глаза. Отлично. Все происходит так, как и должно быть. И продолжается в том же духе. Через несколько секунд появляется Джон Китинг. Он что-то шепчет на ухо брату и… вот оно. Джордж оборачивается на нас. Его голубые глаза устремлены на девушку рядом со мной. – Китти, стряхни с себя сахар. – Что? – С носа. – Я касаюсь кончика своего носа, и она, не задумываясь, повторяет. – Отлично. А теперь приготовься. – К чему? – К танцам. – Простите меня за беспокойство, дамы, но вы… мисс Реммингтон? |