Книга Райские птицы, страница 129 – Анастасия Вронская

– Ну что, продолжим?

– Конечно, – отвечаю я, стараясь звучать уверенно, хотя в груди что-то екает. Рион делает шаг ко мне, протягивает руку, словно в приглашении, и мы начинаем игру – что-то личное и близкое. Я касаюсь его ладони, и он, смеясь, притягивает меня ближе. Мы кружим по шатру, как будто следуя какому-то невидимому танцу. Голову кружит, вокруг все плывет, и я блаженно жмурю глаза, когда бархатистый низкий смех щекочет щеку.

Неожиданно он спотыкается, увлекая меня за собой, и мы вместе падаем на условную кровать: одеяла на настиле и с десяток подушек, уложенных на траве. Все происходит так быстро – его руки вокруг меня, смех, который вырывается у меня, и мягкость подо мной. Я не успеваю осознать, что случилось, но его лицо оказывается так близко к моему, что я чувствую его дыхание на своей коже. В этот момент мир словно исчезает, остается только его взгляд, смеющийся и в то же время теплый, обнимающий.

Я смотрю на него, а он на меня – тишина повисает между нами, и я чувствую, как все внутри замирает. Его глаза изучают мое лицо, а затем он поднимает руку, отводит смоляную прядь волос за мое ухо, его пальцы на мгновение задерживаются у виска. Я закрываю глаза, ощущая это прикосновение, и просто улыбаюсь. В этот момент кажется, что все действительно на своих местах.

– Ты в порядке? – тихо спрашивает он.

– Да, – шепчу я, едва сдерживая улыбку. – Все хорошо.

Он улыбается в ответ любимой мне скошенной улыбкой. Моя рука все еще лежит на его плече, и я не спешу ее убирать. Сердце бьется в такт дыханию князя, и кажется, что весь мир сузился до этого мгновения.

– Рад слышать, – произносит он мягко.

Я не знаю, что сказать; слова теряются. Вместо этого я слегка подаюсь ближе, и наши носы соприкасаются. Его глаза расширяются на мгновение, но он не отстраняется.

– Рион… – начинаю я, но он осторожно кладет палец на мои губы.

– Не нужно слов, – шепчет он.

Между нами пробегает искра, и прежде, чем я успеваю обдумать, мы тянемся друг к другу. Поцелуй – мягкий, осторожный, как первое прикосновение весеннего ветра. Его губы теплые и нежные, и я отвечаю ему, погружаясь в это ощущение.

Время теряет значение. Его руки обнимают меня крепче, а мои пальцы находят путь к его волосам, ощущая их мягкость. Долгий и неожиданно пылкий поцелуй дурманит. Когда мы отстраняемся, дыхание сбито, но на лицах играют улыбки.

– Это было… – начинает он, но я качаю головой, улыбаясь.

– Не нужно говорить, – шепчу я.

Он кивает, и мы просто лежим рядом, наслаждаясь тишиной и близостью. Пламя свечи продолжает плясать, отбрасывая теплый свет на нас. За пределами шатра ночь продолжает свой ход, но здесь, внутри, время словно остановилось.

– Веста… – шепчет он, и в его голосе столько нежности, что сердце замирает.

Не забывать дышать.

Я не отвечаю словами. Медленно придвигаюсь ближе, сокращая расстояние между нами. Его губы снова касаются моих – сначала робко, словно боясь нарушить хрупкость момента, затем с большей уверенностью. Поцелуй теплый, глубокий, отражающий все то, что мы так долго скрывали.

Его рука скользит по моей спине меж крыльев, притягивая ближе. Я ощущаю тепло его тела, слышу учащенное биение сердца. Наши дыхания смешиваются, и время останавливается.

– Ты прекрасна, – едва слышно произносит он, отстраняясь на мгновение, чтобы заглянуть мне в глаза. Выдох замирает в горле.