Книга Академия севера: ставка на победителя, страница 68 – Мария Карела

— С-спасибо…

— Этого мало, — он усмехнулся. — Ты теперь одна, как насчёт более решительной благодарности? — он приподнял моё лицо за подбородок.

— А как же Лейла?!

— Тебе она не навредит, — он наклонился ко мне. — Я спас тебе жизнь, разве я не заслуживаю небольшой благодарности?..

Снежинки таяли на его ресницах, а в глазах горел вызов — и что-то ещё, от чего перехватило дыхание. Его пальцы под подбородком жгли кожу, но я не отшатнулась. Мысли путались: Лейла... тетрадь... Андрей... падение... А тело помнило другое: как его руки ловили меня, как нити сплетали щит, как он стоял между мной и огнеястрой.

— С тобой не бывает ничего небольшого, — прошептала я, но голос сорвался.

— Ошибаешься, — он наклонился так близко, что чувствовалось тепло дыхания. Пахло хвоей и сандалом. Как всегда. — Но сегодня... — его взгляд скользнул на мои губы, — я возьму плату сам.

Отец с его холодными расчётами. Андрей, который внезапно брат, сволочь Тхэн... Всё рушилось. Но здесь, в снежной круговерти, Джин был моим якорем. Опасным, непредсказуемым, но крепко стоящим на ногах.

Я встала на цыпочки, закрыла глаза — и прикоснулась к его губам своими. Сама. Первая. Мои правила.

Мир взорвался.

Не поцелуй — битва. Его руки впились в талию, прижимая так, что куртка трещала по швам. Мои пальцы запутались в его волосах, длинных, жёстких. Он не был нежен, терзая мои губы, но и я не хотела, чтоб было нежно. Магия сама вихрем поднялась вокруг нас.

— Мой агнец, — прошептал он, когда мы на миг оторвались, чтобы перевести дыхание. — Наконец-то.

— Я не... твоя... — попыталась я вырваться, но он поймал губы снова, глубже, требовательнее.

И тут поняла — целуя его, я не благодарила. Я брала. Его уверенность. Его силу. Его огонь, чтобы растопить лёд внутри.

Наконец он отстранился, держа меня на расстоянии вытянутой руки. В глазах вытянулся зрачок, становясь вертикальным.

— Теперь ты сгоришь без меня, — он провёл пальцем по моей распухшей губе.

Я отшатнулась, освобождаясь. Магия рассыпалась.

— Попробуй подойти — и узнаешь, чей огонь сильнее.

Он рассмеялся, низко и глухо, и шагнул назад, растворяясь в метели.Я осталась одна, мгновенно продрогшая, со вкусом Джина на губах.

* * *

— Нагулялась… — Кристина оборвала себя на полуслове, глядя на меня. — Что с тобой случилось?!

— Я нашла записи Маковеева, — я вытащила смартфон. — Смотрите.

Комната погрузилась в тишину.

Кристина сидела, как каменная, уставившись на строчку: «10. Кристина Морозова, 91%, Ирина Морозова, умерла при родах, нуждается в привязанности.».

— Привязанность... — она повторила шёпотом, будто пробуя на вкус это слово. Её пальцы сжали край стола так, что побелели костяшки. — Он знал, знал!

Я кивнула:

— Совершенно точно.

— Он знал, где я, знал о тебе, Крис... И ничего! Ни копейки, ни письма, ни попытки встретиться с сыном! Зато теперь, когда мы ему полезны... — он шарахнул кулаком по столу.

Кристина вдруг подняла голову. Её глаза, обычно тёплые, стали холодными и безжизненными.

— Что будем делать? — спросила она. Ни страха, ни истерики. Только холодная решимость.

Я посмотрела на обоих. Мои сестра и брат. Настоящая семья, склеенная не кровью, а предательством и ненавистью к общему врагу.

— Во-первых, копии, — сказала я твёрдо. — Я отправила фото в облако. Андрей, сбрось себе всё. Крис, тебе тоже. Во-вторых... — я сделала паузу, глядя в окно, где метель всё ещё бушевала. — Нам нужен союзник. Сильный. Непредсказуемый. Тот, кого Маковеев не контролирует.