Книга Академия севера: ставка на победителя, страница 55 – Мария Карела

— И что? — спросила Женя, когда я договорила. — Ты имеешь право ненавидеть его за прагматичность, за то, что он плодил солдат, я с тобой согласна. За то, что он лишил тебя радости быть папиной дочкой. Но если б он всё это не придумал, тебя бы не было вовсе. А ты есть, и вон, какая клёвая! И ты ничем вообще ему не обязана, вот что главное. Ну полюбуется он, какую дочь заделал — и пусть идёт далеко и надолго!

Я заулыбалась, было очень приятно, что Женя на моей стороне, и её восхищение Маковеевым испарилось моментально, едва она выслушала мой рассказ.

— И правда, — я согласно кивнула, — даже не задумывалась, честно. Всегда жила с мыслью, что он появится и прикажет мне подчиняться. И меня заставят, ведь все его обожают.

— Слушай, ну даже если так, зачем ему необученная ученица?Он оставит тебя в академии. А к тому времени, как он придёт за тобой позже, ты сумеешь дать ему отпор.

— Спасибо, — мне правда стало значительно легче на душе.

Допив чай и позанимавшись, мы обе легли спать.

Меня мучал кошмар, ледяная вода, в которой я тону, всё глубже и глубже, мутная чёрно-зелёная толща давит с неимоверной силой, я задыхаюсь, пока чьи-то губы не касаются моих, спокойно, уверенно, надёжно… Я прижимаюсь к нему, чувствую тепло обнажённого тела.

«Я спасу тебя всегда, — он отрывается от моих губ, его ладонь скользит по волосам, щеке, ложится на моё горло. — Потому что ты моя!»

В ужасе я распахнула глаза. На меня, склонившись над кроватью, смотрел Джин.

— Тшшш, — Джин прижал палец к губам. — Идём.

Ничего не понимая, я вылезла из кровати, накинула поверх пижамы — топика и шорт — банный халат и пошла за ним. Мы вышли с жилого этажа и поднялись на пятый, где находились комнаты для самостоятельных занятий. Ладно, он не ведёт меня к себе в комнату — уже хорошо…

— Садись, — мы вошли в небольшую комнату, где ничего не было, кроме странных протёртых подстилок на полу.

Я устроилась на одной такой, выбрав позу поудобнее.

— Закрывай глаза.

— Нет уж, сначала скажи, что происходит!

— Происходит то, что ты орёшь в моей голове посреди ночи, и мне это не нравится. Так что делай, что велено.

— В твоей… голове?! — изумилась я.

— А это уже к тебе вопрос, почему свои кошмары ты проецируешь мне.

Джин сел напротив, скрестив ноги, его поза была неестественно правильной, как у монаха из фильмов, с идеальной осанкой.

— Закрой глаза. Или завяжу.

Я зажмурилась, но тут же приоткрыла левый глаз:

— А почему именно ты? Мы же не...

— Глаза, — он умудрился прорычать это слово.

Я зажмурилась, и не открыла глаз, даже услышав шорох ткани, когда он подвинулся ближе. Его пальцы коснулись моих висков — холодные.

— Дыши. Вдох — на четыре счёта, задержка — на семь, выдох — на восемь.

— Это из психологии, а не магии...

— Дыши.

Пришлось подчиниться. Воздух заполнил лёгкие, вытесняя тревогу. Его пальцы слегка дрогнули, и вдруг я почувствовала их внутри — не в теле, а в сознании, будто кто-то аккуратно раздвигает мысли, как занавес.

— Ты... что делаешь?!

— Ищу источник, — его дыхание коснулось лба. — Не мешай.

Картины кошмара всплыли сами: ледяная вода, губы на губах, пальцы на горле... Джин замер, его собственное дыхание сбилось.

— Вот оно, — прошептал он, и вдруг нити — его нити — опутали мой разум, мягко вытягивая образы наружу. Больно не было, скорее... стыдно. Как будто меня раздели догола.