Книга Академия севера: ставка на победителя, страница 50 – Мария Карела

Мышцы покалывало от тепла.

— Ты как? — спросил Тхэн, опускаясь передо мной на колени и растирая ноги.

— Жить, видимо, буду. Спасибо.

— Лейла идиотка, она могла тебя убить. Но если ты расскажешь кому-то, что она специально, у неё будут неприятности, и Джину это не понравится.

— Меня это должно волновать? — я поморщилась, ногу опять свело судорогой. Кожа вся покраснела, но Тхэн явно знал, что делал, мне становилось всё легче.

— Ты не успела получить ни обморожение, ни серьёзное переохлаждение, угрожающее жизни.

— Лишь потому, что ты вмешался.

— Я просто пытаюсь донести до тебя один простой момент: если ты нажалуешься на Лейлу, Джин будет зол на вас обеих. А если ты промолчишь, то злиться он будет лишь на неё.

— Откуда он узнает?

Тхэн усмехнулся.

— Зная Лейлу, она сама ему похвастается. Она не глупа, но считает, что принижать конкуренток — хороший путь. Ладно, я буду ждать снаружи, разденься, погрейся, потом отведу тебя в комнату.

— Угу… — я вздохнула. Слишком много всего на меня одну. Слишком много…

* * *

Когда я вышла, прогревшаяся до костей, Тхэна снаружи не было, зато там сидел Андрей. Я напряглась, ожидая скандала.

— Я отправил твоего телохранителя, клятвенно пообещал, что мы не выйдем из общежития, и что я сдам тебя с рук на руки Жене.

— О. Спасибо.

— Почему ты промолчала? Он рассказал мне, Лейла реально могла тебя убить.

— Не хотела скандала. Ты ж понимаешь, она непременно будет мстить.

— Ну да, ты права, — Андрей был подозрительно покладистым. Я посильнее запахнула халат и пошла за ним наверх. — Знаешь, отчим всегдатвердил: «Если не можешь ударить первым — научись держать удар». Говорил, это семейное... — он хмыкнул, будто вспомнил что-то нелепое. — В детстве я злился, когда он вместо сказок заставлял меня фенечки плести. Мол, «настоящая магия — в терпении».

Я потянула рукав халата, прикрывая руки от холодного воздуха.

— Твой отчим... он боевик?

— Кто его разберёт, — Андрей махнул рукой. — Вечно в экспедициях пропадал. Последний раз видел его, когда прорыв в тайге закрывали. Говорил, что это... эх, забей, — он резко оборвал себя, будто проговорился.

За окном завыл ветер, и я вдруг представила незнакомого мне мужчину, сплетающего мерцающую сеть.

— Маковеев, кстати, отчима лично учил, — добавил Андрей небрежно, подавая мне руку на лестнице. — Отец вечно на него ссылался. «Иван бы так не поступил», «Иван бы уже решил…» — он скривился, имитируя чужой голос. — Ладно, пойдём, ещё ж домашку делать.

Я кивнула, но в мыслях я была далека и от него, и от домашки.

— Андрей!.. — окликнула я его, перед самой дверью. — А почему отчим?

— А мать не знала отца, — ответил он беззаботно. — Или лжёт, что не знает. Мне не рассказывали, это точно.

У меня закружилась голова, я опёрлась о стену.

— Эй, ты в порядке?! Может отвести тебя к Мей-Мей?

— Н-нет, просто тут холодно. Я, наверное, спать лягу…

— Ладно, — Андрей открыл мне дверь. — Жень, привет. Присмотри за Русланой, пожалуйста, что-то ей не очень хорошо.

— Конечно, — Женя обернулась от своего стола. — Чаю сделать, Лан?

— Не откажусь, — кивнула я, благодарно целуя Андрея в щёку. — До завтра.

Только закрыв за ним двери, я обнаружила под кроватью Жени пантеру.

— Ты всё время теперь у нас сидеть будешь?!

Пантера вывалила язык и задышала, мне показалось, что это усмешка.