Книга Между драконом и честью, страница 29 – Мария Карела

Мы пошли вдоль набережной, не торопясь и наслаждаясь сумрачным городом.

— Ты бы помог мне, если б это не касалось Стефании? — не удержалась я.

— Да, — ответил он спустя секунду. — Ты хорошая девушка, я же вижу. Не стерва, не злая. Я бы помог. Ты не виновата, что оказалась моей истинной. И меня тянет к тебе, и я совершенно ничего не могу с этим поделать, но не хочу сдаваться, понимаешь? Я люблю Стешу, я уверен в этом. Это не блажь, не ошибка, я знаю. Мои родители влюбились друг в друга с первого взгляда, им повезло. Увы, я встретил Стешу раньше, чем тебя. К счастью, чем бы ни закончилась моя история, тебя это не затронет. Если тебе сейчас кажется, что ты в меня влюблена, ты ошибаешься. Это всё наши родители, которые три тысячи раз сказали нам, что мы должны быть вместе.

— И как ты понял, что Стефания — твоя настоящая любовь? — не удержалась я от вопроса.

— Мне с ней хорошо, — ответил Кристоф. — Она меня понимает. И она непредсказуемая. Впервые в моей жизни появился такой человек, — его голос стал совершенно мечтательным. — Да просто я знаю, вот и всё. И не думаю, что ты можешь сказать то же самое обо мне.

Я с удивлением посмотрела на него, понимая, что он действительно совершенно прав. Я не знаю его. Хотела бы узнать, но… Я хотела бы, чтоб он соответствовал моим ожиданиям. И я испытываю негатив, когда этого не ощущаю.

— А Стефания? — я чувствовала себя гадко, но я не могла не спросить. —Ты уверен в ней?

— Она сопротивляется, — он мечтательно улыбнулся. — Боится, что я погибну и толкает меня к тебе. Но мне наплевать. Лучше я умру, чем сломаю свою жизнь и твою за компанию. Тебе не понравится со мной жить, если меня к этому принудят, — он усмехнулся. — Ничего личного, но у меня правда отвратительный характер, если я не получаю то, чего хочу.

Я промычала что-то невнятное в ответ.

Про Крея я так и не сказала.

После того случая на почте что-то в наших отношениях незримо сдвинулось. Кристоф больше не избегал меня. Даже напротив.

Всё началось с его вопроса, заданного как бы между прочим:

— Ты хорошо разбираешься в рунических последовательностях для стабилизации почвы? Мой проект по восстановлению фонтана трещит по швам.

Потом было совместное сидение в библиотеке над древними фолиантами по геомантии. Затем — горячие споры о преимуществах эльфийского интуитивного подхода к магии жизни против структурированной, математической магии.

Кристоф был всё ближе ко мне. Но не так, как я когда-то мечтала. Не с пылкими признаниями, не с влюблённым взглядом. Он видел во мнеум. Собеседницу, однокурсницу, коллегу. Он слушал мои теории, признавал правоту, безжалостно разбивал мои аргументы, когда я ошибалась. Он приглашал меня потренироваться в защитных заклинаниях, делился своими мыслями о политике магических домов, спрашивал об эльфийском этикете.

Я была… счастлива. Почти. С ним было интересно, он наконец-то виделменя, а не мифическую истинную. Он уважал моё мнение.

Но именно это одновременно и ранило. Потому что в его взгляде, всегда внимательном, иногда даже одобрительном, не было и тени того, что я смутно надеялась увидеть. Не было того восхищения, что горело в его глазах, когда он смотрел на Стефанию. Не было даже простого любопытства ко мне как к девушке. Я была для негоЛитанией Айренс, принцессой и сильным магом. Точка.