Книга Осень. Кофе. Акварель, страница 71 – Алена Лотос

Не знаю, что такого я сказала, что шутливо-несерьезное выражение лица Тео вдруг изменилось на удивленно-напряженное. Улыбка, словно краска, быстро стекла и с моих губ.

— Как ты сказала? Галерея магических искусств?

— И живописи… — докончила я.

— Ты не говорила, что работаешь именно там, — как-то отстраненно проговорил Тео.

Он вновь внимательно всматривался в мое лицо, будто впервые увидел. Будто там вскочила зеленая бородавка. Я даже коснулась щек, чтобы точно проверить, что со мной все в порядке. Ожидаемо, я была просто мокрой и взволнованной.

— Тебе не нравится наша Галерея? Чем же мы тебе насолили? — решила отшутиться я.

Кажется, это сработало. Тео слегка расслабился, несмело, кривовато улыбнулся, запустил ладонь во влажные шоколадные волосы.

— Почему же, нравится. Одна из самых молодых Галерей Петермара и самая амбициозная. Три центральных картинных галереи, четыре выставочных этажа и два подземных с запасниками и камерами хранения, уже известный на всю страну отдел реставрации, отдел современных магических методов, отдел истории живописи, детские студии, магические студии, филиал в столице…

— Ого! — искренне изумилась я неожиданной осведомленности. — Да ты знаешь Галерею не хуже меня…

— Как тут не знать, когда происходишь из семьи художников, — хмыкнул Тео и протянул мне руку. — Пойдем скорее обратно. Гулять в мокрой одежде осенью неполезно для здоровья.

Я ухватилась за протянутую ладонь, но вопросы задавать не перестала. Еще чего, тут ведь открылся такой чудесный шанс разузнать больше о моем спутнике! Который чаще задавал вопросы, чем отвечал на них.

— Кто же твои родители? Где они выставляются?

— Чаще всего в столице. Там богема, высший свет и все такое, — нехотя признался Тео. По его лицу пробежало серое облачко. — Мне там тяжело. Нечем дышать.

— Поэтому ты живешь в Петермаре?

— Поэтому я живу в Петермаре. Здесь море, и северное солнце, и красивые любопытные девушки, вроде тебя.

— И вовсе я не любопытная. Просто хотелосьбы больше узнать о тебе, — ответила я уже прямо, без кружений вокруг да около.

— Ох, Лори, — только лишь вздохнул Тео. — От многих знаний многие беды. Давай лучше пойдем поскорее в отель.

И на этом все. Тео говорил о себе так редко и неохотно, что я то и дело возвращалась к мыслям о маньяке. Очень притягательном, красивом, таинственном маньяке…

А потом стало не до игр. Чем ближе мы подходили к берегу, тем холоднее становилось. Поднялся пронзительный северный ветер. Он свистел в ушах, играл растрепавшимися от бега волосами и обдирал золотые наряды берез. Я быстро продрогла. Красный плащ уже плохо защищал от перепадов температур, от наступления настоящей осени.

Ветер уронил и расшвырял по берегу наши мольберты и краски. Пришлось потратить время на поиски и сборы. Вскоре зуб совсем не попадал на зуб. Я украдкой растирала ладошки друг об друга и дула, чтобы согреться. Холодные штаны противно липли к ногам.

— Надо было нам взять с собой метлу, — хмурился Тео, рассовывая тюбики по карманам и сумкам. — Только не смей болеть.

— Не буду, — пообещала я. — Приду к себе и выпью клюквенный чай. Или кофе с медом.

Тео кивнул и молча снял свое синее пальто. Накинул мне на плечи. Я пыталась запротестовать, но он даже слушать не стал. А когда меня окутало облако из тепла и аромата легкой морской свежести, уже и не вернула бы обратно. Мы похватали остатки принадлежностей и припустили вдоль берега, присыпанного желтыми листьями.