Книга Темный Юг, страница 94 – Алена Лотос

— Ну, наконец-то! — выдохнул Феофан и, как несколько дней назад в полях, со всех ног припустил в сторону маяка.

Троица не отставала. Всем хотелось достигнуть важной точки пути.

Феофан со всей силы толкнул дверь в маяк и ринулся по крученой лестнице на самый верх, в покои смотрителя. Кай и Ева рванули следом. Уставшему от напряжения Артуру пришлось еще раз просить о помощи золотой медальон, ведь ноги уже едва двигались.

На верхней площадке все вдруг уперлись в запертую дверь. Феофан, словно бык, попытался выбить ее плечом, но дверь оказалась на удивление крепкой и не поддалась. Тогда клирик стукнул еще и еще, пнул ногой, остервенело бросился с кулаками, чем напомнил Еве рыбу, бьющуюся об лед.

— Постой, Феофан, погоди. Кажется, она запечатана, — проговорила девушка.

Клирик быстро прекратил попытки пробиться и потер ушибленное плечо. Легкого прикосновения засветившейся ладони оказалось достаточно, чтобы показать — Ева права. Тогда руки Феофана засветились еще ярче и коснулись замочной скважины. Та проржавела и осыпалась под ноги мелкой стружкой. Клирик победно крякнул и потянулся к двери. Но неожиданно дверьраспахнулась сама и на Феофана вылетел грязный, вонючий комок одежды и волос.

— Они идут! Они близко! Нет спасения, нет надежды!

Раздался истошный вой изо рта, окруженного всклокоченной бородой. Ева резко отшатнулась, на ее ладонях загорелся огонек. Артур потянулся к мечу. Биться в ограниченном пространстве лестничной площадки будет сложно, но он и не из таких ситуаций выпутывался.

Существо продолжало истошно вопить:

— Монстры! Вы сломали мою защиту! Монстры идут!

— Да что ты за леший такой, отцепись! — заорал в ответ Феофан пытаясь оторвать от своей шеи грязные руки с крючковатыми пальцами.

— Вы меня убьете! Вы пришли на мою погибель! — продолжало кричать нечто.

Ева глубоко вздохнула. Теперь на ее ладони светилось легкое синее облачко. Заклинание требовало достаточно магии, которую она пыталась вытащить из-под неподдающейся взлому печати. Под лопаткой нещадно жгло.

Облачко сорвалось и опустилось на голову обезумевшего волосатого мужика. Тот ослаб, обмяк и повалился бы на пол, если бы не крепкие руки перепуганного Феофана.

— Вы чего натворили… — прошептал мужичок, прежде чем окончательно отключиться.

— Кто это? Что это за тварь? — брезгливо проговорил ни разу не шелохнувшийся Кай.

— Ву́кол За́укос… — глухо ответил Феофан, откинув заросли волос с лица мужика. — Смотритель Западного Скалистого маяка…

Маленький бледный старичок с всклокоченной бородой лежал на грязной кровати и неудержимо напоминал Еве вешика. Его жилище походило на берлогу, темную и неухоженную. По углам копился пыльный мусор, с потолка пушистым занавесками свисала паутина. Окна, будто нарочно, заляпаны сухой, отслаивающейся грязью. От самого смотрителя дурно воняло немытым телом и нестиранной одеждой. Даже они после недель путешествия и сна на земле под дымом костра, пахли приятнее.

— Так что с ним? — угрюмо спросил Феофан.

Состояние Вукола его здорово тревожило. Первый человек во всей Пресветлой Калимге, могущий складывать слова в предложения, кажется, просто был безумен. И надежда, забрезжившая перед клириком, хищно ухмыльнувшись, вновь истаяла. Теперь ему пришлось довериться этой странной то ли ведьме, то ли целительнице, которая, к своей чести, еще ни разу их не подвела.