Онлайн книга «Темный Юг»
|
— Нет, — отрезал Феофан, со щелчком захлопнув крышку компаса. — Найдем какой-нибудь залесенный овраг и там схоронимся. Южное солнце опускалось очень быстро. Путники только и успели пройтись вдоль обочины пустой дороги и найти место для отдыха. Ночь со всеми звуками, свистами, щелчками и уханьем обрушилась на маленький лагерь. Костер решили на этот раз не разжигать, а перекусить сухарями и вяленым мясом. Разговоров так и не случилось. Каждый был погружен в собственные мысли, в созерцание того, что показал им Лес Чудес. Феофан долго рассматривал карту в неровном свете звезд и луны. Колдовство бывшего тайного доверителя двора помогло сориентироваться на местности. До Западного Скалистого маяка им оставалось меньше полудня пути по обжитым территориям. И клирик не знал, стоило ли ему радоваться этому знаниюили страшиться за будущий переход. С этими тяжелыми мыслями он отыскал в небе звезду и первым ушел на боковую. Дежурить вызвался Кай. Юноша весь в нетерпении только и ждал, когда спутники заснут, чтобы вернуть внимание оторванной ветке. Сильвари любовно погладил тонкую кору, повинуясь порыву, прижал. На глазах вновь выступили слезы счастья. — Нытик… — тихо прошипел на себя Кай, мотнув головой. Слезы упали в траву и вспыхнули зелеными, болотными огоньками. — Соберись! Он никогда в своей жизни не создавал луков, никогда не видел, как другие создают их. Но руки сами вспоминали искусство предков. Кай методично принялся обстругивать верхнюю и нижнюю часть палки, стремясь придать им наиболее одинаковую форму. В лунном свете черное дерево, освобождаемое от верхней части коры, матово светилось. Затем дерево потребовало пропитки водой и магией. Кай задумался. Когда-то в детстве, в сиротском приюте он умел создавать маленькие водяные вихри на ладонях и стрелять водой в человеческих мальчишек. Настоятельница всегда была на стороне людей, на стороне обидчиков, и больно била Кая по рукам, связывала ладони за спиной и ругала, ругала, ругала. Больше Кай не создавал воду. Теперь настала пора все изменить. Кай взглянул на свои ладони, расчерченные грязью и тонкими линиями жизни. Сухие. Кай взглянул сильнее, нахмурил белесые брови, сцепил зубы. Но ни одна капля не проступила на коже. Тогда он встал, вытянул руки перед собой и затряс ими. От натуги на ладошках выступил пот. — Давай, ну давай же! — зашипел Кай, громко дыша. В голове шелестели мысли. Чьи они были? Крики воспоминаний заглушали их, пугали и причиняли боль. Как раньше, как в детстве. Руки дрожали, запястья, вновь стянутые тугими, жесткими веревками, снова горели. Кай желал испепелить их взглядом и вновь почувствовать холодную воду. Он зарычал. Он почти разбудил весь лагерь. И вдруг что-то лопнуло. Тиски ослабли, путы размотались и упали. С вытянутых ладоней на траву, на землю закапала вода. Кай рухнул на поваленный ствол дерева. Под его ногами собралась маленькая лужица. Вода впитывалась и медленно накапливалась снова. А он смотрел на нее как на давно позабытое чудо. Кай схватил будущий лук и принялся пропитывать его водой. Из груди лилась тихая песня на слабо знакомом языке. На языке, накотором пели те сильвари из Леса Чудес… — Sáva, i sávaka máre… Ásala haam matáve… Ísil-to-ísik sakaava… Sáva, i sávaka mára… |