Онлайн книга «Темный Юг»
|
Ева потратила весь магический ресурс на то, чтобы создать в земле яму, достаточно большую для погребения гарнизона. Несколько раз магия сбоила и земля обрушивалась обратно, но девушка не обращала на это внимание. В этот раз ей повезло, Феофан оставил гораздо больший магический запас, чем в свое время отец. Сам процесс работы с магической энергией помогал хоть немного отвлечься от навязанного путешествия и трупов, для которых эта яма готовилась. Артур и Кай под четким руководством клирика раскладывали изувеченные тела в ряд. В свете приближающихся сумерек рваные раны, полуобглоданные кости и вывернутые ноги пробивали на дрожь даже хладнокровного разведчика. Кай поглядывал в сторону опустевшей заставы, нервно потирал шею, работал торопливо и небрежно. Над каждым убитым Феофан зачитал по короткой молитве. От тел, левитирующих в яму, периодически что-то отваливалось, с мерзким, тихим шлепком падало на землю. Вонючие буроватые жидкости вытекали из открытых ртов, стекали из ран. Гравийную дорогу залило и заляпало смердящими пятнами. Клирик был аккуратен с телами, почти нежен, но с запрокинутых голов падали шляпы, из раздутых рук вываливалось испорченное оружие. Тогда Ева обращалась к своим небольшим силам и возвращала все обратно. Все это было очень дурно, дурные приметы роились над мертвым местом. Ева, как могла, исправляла и разлагала их. То дунет в сторону, то наступит себе на ногу, то повернется вокруг себя. Вот, те же вещи мертвецов в могилу положит, чтобы не думали из земли за ними возвращаться. Но сколько она ни пыталась, дурное все равно происходило — то Кай поранится, то налетит туча комаров, то воин недобро глянет высохшим глазом. И Ева морщилась и дивилась — в этих местах сбоила не только магия, но и приметы. Лучшее, что они могли сделать — просто похоронить тела отмучившихся воинов… И никто не высказал повисшийв воздухе вопрос — кто? Последний ком земли упал на холм с последним лучом солнца. В лесу зажглись, зароились мелкие светлячки. С высоких небес слабо светили далекие белые звезды. Феофан отер пот со лба и запрокинул голову. В северо-западной части неба тихо Лама́риэ. Сегодня она была бледна и грустна. У клирика сжалось сердце при взгляде на печальную звезду. Также печальна должна быть сейчас принцесса Дивитра, одинокая, преданная, всеми покинутая. Во всем его естестве снова разгорался огонь недовольства. Они проковырялись слишком долго с этим погребением и упустили драгоценное время! Клирик собирался уже отчитать своих спутников за лень и бездействие, но те пребывали в спокойном и собранном состоянии, будто и не упражнялись с трупами весь вечер. — Идти будем всю ночь, двенадцатый день уже завтра, — буркнул клирик и взвалил на плечи огромный вещевой мешок. Он не обернулся, не проверил, следуют ли за ним. Он просто знал, что им некуда деваться и они не посмеют перечить. Ночной лес Темного Юга ничем не отличался от таких же лесов на Севере. Деревья росли близко к дороге, меж ними прекрасно себя чувствовал густой подлесок и кустарник. Над головами заухали совы, то были первые звуки после мертвой тишины гарнизона. Ева гадала, являются ли эти части леса — частями пресловутого Сквернолеса? Чувства и магические энергии подсказывали, нет, они сами по себе. А тьма, проявившаяся в прошлом сне, ползла по крови, словно червь, и шептала, шипела — о, Ева, ты поймешь, когда войдешь в него… |