Книга Темный Юг, страница 65 – Алена Лотос

Артур и Кай сразу же позволили надеть на себя простенькие амулеты. Артур безоговорочно доверял жене и ее умениям. Кай после ночи, наполненной кошмарами, более жуткими, чем обычно, хотел спрятаться и укрыться. Феофан долго играл с ведьмой в гляделки и не решался пойти у нее на поводу. В конце концов, страх перед Темными победил, и клирик склонил голову.

Отблеск зари ярким солнечным зайчиком скакал по светящимся кварцевым камням, напитывал светом. Солнце — лучшая защита от тьмы.

К большому удивлению Евы здешние леса ничем не отличались от лесов ее родной Южной Калимги. Даром, что Темный Юг. Нет, она, конечно, заметила, несколько новых разновидностей трепа́сха лекарственного и гнилозуб синий вдруг оказался яркого лилового цвета, но в остальном… Ева шла аккуратно, принюхиваясь и вслушиваясь в звуки. Лес шумел также, как шумят леса на Севере. Артур вышагивал осторожно, едва касаясь кончиками пальцев деревьев и трав, как шагал бы по Заповедному лесу. Может, зря их так пугают Сквернолесом? Может, все это лишь фантазии их уставших разумов?..

— Эй, парень, — гаркнул Феофан, резко остановившись. Задумавшаяся Ева налетела на широкую спину клирика и отскочила, как от огня. — Ты можешь глянуть, далеко ли до ближайшей деревни? А то мы идем по этой чертовой дороге и ни встретили еще ни одной живой души.

Кай молча кивнул и прикрыл глаза. Глазное яблоко быстро задвигалось под веками. Ева с интересом наблюдала за бледным, ничего не выражающим лицом юноши. Ее с детства учили сдерживать эмоции и порывы. Где же безродный, гонимый сильвари мог научиться подобной выдержке?.. В момент затишья Артур также обратился к своему амулету. Тот слегка задрожал, усилив слух и обоняние, которые не принесли ровным счетом никаких новых сведений.

— Рядом только пустая застава, — пробормотал Кай. Он поморщился, будто от боли, дернул головой и резко распахнул глаза. — Очень много…

— Как пустая⁈ — нетерпеливо перебил Феофан. Борода встопорщилась и стала похожа на колючий куст. — Когда я шел здесь семь седмиц назад, заставу охраняли лучшие из воинов Пресветлой Калимги!

— Боюсь, воины Калимги кончились, — невесело хмыкнул Артур. Он тоже почувствовал в воздухе что-то странное, но виду не подал. — Разбежались по домам.

Феофан скрежетнул зубами и отвернулся. В голове бравого патриота никак не укладывалось, что его родину захватили. Что ее больше не существует. Под крепкой подошвой с металлическими шипами захрустели камешки и ветки. Клирик молча и с удвоенной скоростью устремился вперед по знакомой дороге. Единственной дороге, которая вела к Перешейку. Теперь она была не безопасна. Скорее всего она была небезопасна. Но Феофан не мог пересилить себя и свернуть с ясного пути в лес. Свернуть — значит сдаться, значит признать правоту сына тех,кто все это учинил. Сдаться врагу. И Феофан не пожелал соблюдать никаких предосторожностей, будто трагическое прошлое так и не случилось.

Спутники едва поспевали за разогнавшимся лидером отряда. За последние десять дней от привыкли к его быстрой и молчаливой манере, приноровились бежать также быстро, как он. Сбивали ноги, валились по вечерам от усталости, не тратили силы на разговоры и торопились, будто подгоняемые плетями рабы. Но, как только Феофан ступил на родную землю, в него словно бесы вселились. И он торопился, торопился, как в последний раз.