Книга Темный Юг, страница 196 – Алена Лотос

Широкая песчаная полоса встретила легким соленым ветром и стонами сотен людей. Из-за высоких, раскидистых деревьев открывался вид на изрытый пляж, готовый к боевым действиям. Замордованные уставшиекрестьяне даже после захода солнца продолжали копать. Спали, ели и жили они здесь же, возле слабо горящих костров. Картина до боли напоминала северные пляжи Перешейка. Только здесь она наполнялась принуждением с тонким запахом мертвечины. Между окопов надсмотрщиками ходили Черные рыцари, не снимавшие доспехов даже под горячим солнцем Темного Юга. Стоило одному перестать копать, как семихвостая плетка опускалась на спину. Или хуже — острый меч на шею. Людей Черные не щадили, считали, что преподают урок послушания и смирения остальным.

— Каса́рма… — зло выплюнула Дивитра, когда один из надзирателей казнил третьего за небольшое время крестьянина.

— Не может быть… — вдруг пораженно выдохнула Ева, не веря своим глазам, и стремительно юркнула в кусты. Остальные последовали ее примеру.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил Артур. Он даже положил руку ей на плечо.

— Кристаба́ль и Щок… Они здесь…

Ева, словно завороженная, наблюдала за двумя фигурами, копошащимися в окопе. Одна, с длинными и спутанными белыми волосами, копала через силу, будто на последнем издыхании. Вторая подвижная и в лохмотьях, перекидывала песок с легкостью юности. Сердце целительницы сжалось и заколотилось быстрее, к глазам подступили слезы тоски. От давних знакомых веяло домом, позабытой простотой жизни, в которой не нужно было отправляться на край света и искать принцесс.

— Это мои друзья. Стойте здесь, я с ними поговорю, — сказала Ева и почти выпрыгнула из укрытия. Дивитра ухватилась за рукав ее крутки.

— Нельзя, чтобы тебя видели.

Щелчок. Магия иллюзий окутала целительницу, рождая новый образ. Чернота волос сменилась скучным мышиным цветом, поблекла и выцвела зелень глаз, на щеки прыгнули веснушки. Ева стала похожей на одну из множества крестьянок, трудящихся на канавах. В таком облике подобраться к старым знакомым не составило труда.

— Как поживаете? — весело спросила Ева, выпятив объемную грудь и помахивая длинной русой косой.

Кристабаль даже не взглянул на незнакомку. Он изображал страдание и бурную деятельность. Изрядно вытянувшийся и повзрослевший сорванец Щок бросил быстрый взгляд на грудь и, не переставая копать, ответил:

— Здорово живем, сытно, работно, чего и вам желаем!

— Далеко же вы после погрома Равендора удрали… — как бы невзначай бросила Ева,и в глазах ее заплясали бесята.

Кристабаль поперхнулся и теперь во все глаза рассматривал крестьянку. Щок оказался сообразительнее. Мальчик бросился к Еве обниматься, угодил любопытным носом в бюст, да там и остался.

— Ев… — начал Кристабаль, но оборвал себя, завидев неподалеку Черного рыцаря. — Какими судьбами⁈

— Узнала, что вы в беду попали, пришла вызволять, — не могла отказать себе в шпильке Ева. На душе стало очень хорошо, спокойно и весело.

— Госпожа, милая, добренькая, спасайте, нам уже никакого спасу нет от этих черных тварей и их врыколаков! — забубнил в грудь Щок.

Кристабаль вручил Еве валявшуюся неподалеку погнутую лопату, быстрым морганием намекая на приближающегося надсмотрщика. Целительница оторвала от себя ужасно довольного юношу и приступила к копанию. Черный слегка замедлился, созерцая здоровенную крестьянскую задницу, торчащую из канавы, но устав не позволил задержаться подольше.