Книга Темный Юг, страница 198 – Алена Лотос

— Госпожа, это слишком опасно…

— Это приказ.

Клирику пришлось подчиниться. Еще какое-то время он потратил на то, чтобы обучить принцессу новой магии. Ева и Кай также присоединились, но целительнице неожиданно не хватило ловкости рук, а от сильвари светлая магия и вовсе отскакивала.Конфуз юноши не прошел мимо острого взгляда Дивитры, вызвав новый виток подозрений.

После недолгого совещания решили не разделять команду на две части во избежание неожиданных потерь. План атаки был прост и изящен. Артур, Кирран, Кай и Ева врывались в заставу и завязывали бой, Дивитра и Феофан устанавливали крупный сдерживающий барьер и, по мере надобности, присоединялись к битве. Все Черные рыцари, попавшие внутрь, безжалостно уничтожались, пришедшие на помощь доставались мечу Феофана.

В начале все шло по плану. Кай разведал прошлое застав, разузнал периодичность, с которой ходят патрули, время выезда гонцов, приблизительный режим работы и, главное, количество противников. Первая оценка в пять-семь рыцарей оказалась верной. Не учли только обслуживающий персонал и снующих без дела врыколаков. Черные пинали зачарованных, выгоняли за частокол, иногда даже играли в мяч отвалившимися головами, но врыколаки снова и снова возвращались обратно, будто что-то тянуло их. Решили не медлить и не пересматривать план, а атаковать как есть, под покровом темной южной ночи.

Воины быстро убили стражей ворот и ворвались за частокол. Ева и Кай двигались немного позади. Стрелы разили перебежчиков к Черным, целительница латала любые мелкие раны, выпадавшие на долю сражающихся. На крики из офицерских комнат начали выскакивать рыцари, похватавшие для защиты первое, что попало под руки. Первого Черного зарубил Артур, и на его лице отразилось удовлетворение. Черных не за что было любить и жалеть, и он никогда не любил и не жалел их, даже в детстве. А теперь и вовсе воочию видел их черные, грязные души.

Проблемы начались, когда встал барьер. От внезапной скручивающей боли в животе на землю рухнул Кай. Черный лук, как последнюю надежду, он прижимал к себе и хныкал. На него быстро набросились блуждающие врыколаки. Еве пришлось отвлечься, чтобы спасти сильвари.

— Каю плохо! — крикнула Ева, пытаясь перекричать пыл битвы и удары мечей. — Мне нужно перенести его.

Со стороны, где бился Артур, донесся неразборчивый крик, который Ева восприняла как согласие с ее действиями. Одной рукой прожигая внутренности гниющим зачарованным, другой целительница тащила за частокол стонущего сильвари.

Дивитра испытала истинное отвращение, может быть большее, чем к предателям отца, когда увиделабледного Кая. Ее магия дрогнула, и ноги Феофана подогнулись от обрушившегося магического напряжения.

— Прости! — искренне воскликнула юная принцесса, и постаралась взять себя в руки. И больше не доставляла проблем, хотя Ева положила потерявшего сознание юношу прямо к ее ногам.

— Что с ним? — рявкнул Феофан, указывая подбородком на сильвари. Пальцы не переставали плести кружево сложного заклятия.

— Подозреваю, барьер, — ответила Ева, облизнув губы. — Ему стало плохо, как только барьер встал.

Договорив скороговоркой, целительница ушла обратно сквозь магический заслон.

Внутри Кирран и Артур добивали остатки врыколаков. Пять черных тел разной степени сохранности валялись по всему двору. Ева брезгливо обошла безногое туловище, лежащее в луже собственной крови, и приступила к исцелению. Но луч, скользнувший по крышам построек, заставил девушку повнимательнее присмотреться к теням. Через пару ударов сердца одна особенно черная тень у дома попыталась проскочить к дальним воротам. Огненный шар быстро нашел жертву, оставив в груди развороченную обожженную дыру.