Книга Темный Юг, страница 193 – Алена Лотос

— Я помогу, — вызвалась Ева. — Я уже тушила когда-то Заповедный лес.

Губы Артура вытянулись в ниточку. Этим утром он не желал слышать ни слова, произнесенного Евой. В его груди клокотали необъяснимые злость и обида. Ева, его дорогая все-таки Ева сделала то, к чему стремилась последние много месяцев. Она вернула ему зрение так же быстро и неожиданно, как когда-то отняла. Не спросив. Не поинтересовавшись его желаниями. И вела себя так, будто ничего и не произошло. Ведь он почти смирился, почти уступил желаниям пса, почти отказался от лечения…

Может, он погорячился тогда, вернувшись к ней, отказавшись от всего?

Упрямая, себялюбивая, эгоистичная. За что же он ее полюбил?..

Ева подошла к Каю и стала на шаг позади него. Сильвари коротко благодарно кивнул. Тонкая магическая нитка протянулась от Евы и запульсировала, наполняя Кая силами. Быстро собрав пожитки в два походных мешка, путешественники гуськом втянулись в узкий проход меж огней.

Пламя Леса Чудес сопротивлялось вяло. Лес вообще не любил воду, старался согнать ее в ручьи или глубокие овраги. Там она стояла колом, постепенно зацветая, пропитываясь странной магией и портясь. Магов воды Лес не любил еще больше. За долгие столетия из его бесконечной памяти стерлось, что обожаемые им дети-сильвари, тоже управляли водой. Встретив своего далекого-далекого потомка Лес не знал, как на него реагировать. Он призывал его и, в то же время, сопротивлялся.

Дивитра следовала за Кирраном, придерживая подол платья. Принцесса никак не могла понять, почему остальные так легко общаются с этим странным, нелюдимым юношей. Этот Кай будто вышел из сказки с плохим концом.

Коридор все время петлял и сворачивал. Чутьем Леса Кай точно знал, куда нужно идти дальше, что выбраться к самой северной окраине. Путь в обход занял бы больше седмицы, а так, день-дваи они окажутся у Перешейка. Во всполохах пламени ему иногда мерещились улыбающиеся лица, обрамленные длинными белыми волосами. Девы посылали ему воздушные поцелуи. Шаманы поднимали в его честь чарки с настоями. Воины приглашали поохотиться на людишек ради будущих жертвоприношений. Сильвари едва сдерживался, чтобы не коснуться этих образов, не попытаться присоединиться к ним.

И Лес двойным шепотом напоминал об обещании. Принцессу он нашел, теперь ее нужно схватить и отдать тем-кто-ждетна берегу. Как только он выполнит свою часть сделки, Лес выполнит свою.

К вечеру Кай начал уставать от магических усилий и истощения. Магии, которой делилась целительница, было уже недостаточно. Коротко посовещавшись, путники решили поискать поляну на возвышении, куда огонь не добирался бы. Проискали до самого наступления темноты, значительно отклонившись от пути, намеченного серебристой нитью. Кай упал бы на спасительную траву, если бы Феофан не успел вовремя поймать юношу.

Спать располагались в молчании. Артур вызвался первым постоять на карауле, и Ева увязалась с ним. Тихий конфликт бередил душу целительнице. Взыграл застарелый страх быть оставленной и брошенной.

— Прости… — тихо проговорила Ева, уставив взгляд в переплетенные ветви черных деревьев над головой. На поляне было жарко от полыхающих вокруг костров, кора дерева не холодила спину, как и легкий ветерок.

Артур промолчал. Он вновь видел мир и не мог на него наглядеться. Даже если мир и был теперь окрашен в золотистые тона. Эти же глаза что-то изменили в нем. Заставили смотреть на спутников немного иначе, под другим углом. Он видел их недостатки. Видел немного острее, чем раньше, и это точно не могло радовать. Феофан фанатичен. Дивитра вспыльчива. Кирран безволен. Кай пугающ. А Ева… Ева плохо отличает добро от зла. И уж если он, наследник Темных, так думает…