Книга Убей или люби!, страница 29 – Анастасия Суворова

Забрало падает. В глазах мутнеет.

Дальнейшее происходит настолько стремительно, что я не успеваю отследить свои инстинктивные реакции. Очухиваюсь только между ног Грейлы. Как вынес на поляну, уложил на лопатки и связал руки ее же платьем, не помню даже. Будто и не я это делал. Не помню и сопротивления, хотя очевидно оно имело место быть. Зачем-то же я ее связал.

— Не рыпайся, — хриплю на пониженных, когда Грейла начинает ерзать.

— Не надо, Скай, прошу, — хнычет моя воительница. — Не надо… — всхлипывает она.

— Надо, — раздвигаю ее ноги шире и роняювзгляд на блестящую от смазки раковину.

Вся она передо мной. Распахнутая, а внутри жемчужина. Крохотная, но… цены не малой. С помощью этой жемчужины я рассчитываю купить расположение Грейлы.

Это сейчас она молит о пощаде, а когда содрогаться подо мной начнет, о другом будет просить.

Склоняюсь. Шумно втягиваю запах. Проклятье, не запах даже — афродизиак. Вот она смесь запретных и в то же время естественных природных явлений. Чистая, без каких-либо примесей. Одна лишь животная похоть и исключительно ее личный, неповторимый коктейль возбуждающих нот. И я вмазан. Я пьян от одного только аромата.

— Моя, — бормочу едва слышно и роняю свое мужское достоинство в темную щель между ног поверженной девчонки, которая всхлипывает, прощаясь со свободой.

Утопаю в вязком соку. От концентрированного запаха ее желания, что забивает мне ноздри, отлетаю еще больше, а дальше… Дальше уже не думаю, просто лижу как одурелый.

Пока все с гладкой поверхности ее губ не снимаю, не успокаиваюсь. Делаю короткую передышку. Еще раз втягиваю носом запах Грейлы и лезу языком внутрь. Мне нужно больше нектара. Мне нужен он весь.

Грейла выгибается дугой и стонет. Не пойму, от боли в спине или от наслаждения.

Давлю рукой на ее плоский, упругий живот, заставляя вернуться в исходное положение. Вынимаю язык. Взгляд на нее поднимаю.

Она смотрит. Темными от похоти глазами. Стыдливо, но… с любопытством. Утираю с подбородка нитку слизи и тянусь к лицу Грейлы. Засасываю ее рот. Делюсь с ней ее же вкусом. Рычу в него.

Она не отвечает. Пока нет, но… не отталкивает. Поплыла.

Пользуясь ее податливостью. Прикусываю сосок, пока спускаюсь обратно. Смотрю на реакцию. Грейла заливается алым, но усердно мнет и без того искусанные губы. Уделяю внимание второму соску. Стона не удостаиваюсь, но шумный хриплый вдох свидетельствует о том, что ей нравится.

Возвращаюсь к исходной. Снова залипаю на сочной набухшей плоти, которая опять вся в меду. И когда только успела, недотрога моя?

Усмехаюсь, чем злю Грейлу. Она пытается ерзать, но замирает, как только я касаюсь языком той самой жемчужины.

Я пробую ее нежно. Не рву, не лютую. Сам ведь пока не знаю, как к ней подступиться. Но как только по телу девушки проходится волна коротких спазмов, я понимаю, что на верном пути. Засасываю крохотныйбугорок и начинаю доводить свою строптивицу до греха.

Она так стонать начинает, что я уже не сомневаюсь — пробил броню. Выкупил то самое желание, которое она уже не в силах скрывать и отрицать. И так меня ее открытость заводит, что и сам держаться уже не могу.

Обхватываю свою дубину и начинаю наяривать по стволу. Не думаю о том, что хорошо бы попридержать коней, вообще не в силах больше себя контролировать. Только о щели Грейлы все мысли, только ее стоны в голове, только зуд в яйцах.