Книга Узница обители отбракованных жён, страница 22 – Анастасия Милославская

Меня волокли, не обращаявнимания на крики.

Вдоль длинного, мрачного коридора с противным скрипом приоткрывались двери других комнат. Из полумрака на меня смотрели десятки бледных лиц узниц Обители Смирения. Кто-то скрещивал пальцы – я не понимала, что это за знак, кто-то смотрел с жадным любопытством, кто-то со злорадством, но никто не выходил и ничего не говорил.

Вдруг впереди мелькнула знакомая фигура.

Сабина.

Она бежала по коридору навстречу, но, увидев эту жуткую процессию и меня, полуодетую, беспомощно повисшую в руках инквизиторов, замерла как вкопанная. В её глазах плескался чистый, незамутнённый ужас.

– Сабина! – выкрикнула я. – Мне ничего не объяснили! Что случилось?

– Снова убили... – пролепетала она сбивчиво, глядя то на меня, то на бесстрастные маски моих конвоиров. – На этот раз Эмиля. Того самого охранника, который был приставлен к тебе и которого вчера били кнутом на центральной площадке.

Я так обмерла, что даже перестала сопротивляться.

Неужели мой сон был правдой? Не может быть таких совпадений.

И ещё… сначала убили Серафиму, которая перешла мне дорогу. Теперь Эмиля, который хотел меня изнасиловать…

И я ведь сама вчера рассказала Мареку про Эмиля. Он думает, что у меня есть мотив. Снова.

Дело плохо.

Меня протащили ещё совсем немного, буквально несколько метров по коридору.

Как я и ожидала, мы оказались на том самом месте, где в моём сне убили Эмиля.

Впереди стоял Марек Драгош.

Верховный Инквизитор возвышался над своими людьми черной скалой, уже полностью одетый в своём алом плаще, а вокруг него суетились его подручные тени. Я перевела взгляд чуть в сторону, за спину Марека, и желудок скрутило болезненным спазмом.

Кровь.

Её было больше, чем в моём сне. Самого тела уже не было, но запах... тошнотворный, медный запах свежей смерти висел в воздухе.

Я пошатнулась, отворачиваясь, с трудом сдерживая рвотный позыв.

В этот момент руки конвоиров разжались. Меня швырнули на пол. Колени больно ударились о ледяной камень, и я скорчилась, дрожа от холода и ужаса, но тут же вскинула голову.

Нужно защищаться. Прямо сейчас.

Я встретилась взглядом с пустой, бесстрастной маской Верховного Инквизитора и выкрикнула, вкладывая в голос всю свою злость и отчаяние:

– Я не делала этого! Это не я! Слышите?!

– Зачем вы привелиеё? Ведьме здесь не место, – произнёс Марек своим низким голосом.

Из тени, позади мужчин, которые тащили меня, выступила фигура в черном плаще. Я заметила её еще когда меня волокли. Этот инквизитор шёл позади.

Фигура была маленького роста и более хрупкой, чем остальные громилы. Маска и капюшон скрывали лицо, но движения... Плавные, текучие...

Меня осенило догадкой: женщина? Среди этих палачей?

И действительно, незнакомка заговорила, подтвердив мои подозрения.

– Простите, Верховный, я позволила себе действовать на опережение. Решила, что ведьма может убить кого-нибудь ещё…

– Ты что-то увидела, Октавия? У тебя было видение или вещий сон? – спросил один из инквизиторов с явным нетерпением.

Вещий сон? Неужели, это то, что произошло со мной ночью?

Разговоры всколыхнули мою память, и я вдруг вспомнила, что существуют Видящие.

Женщины, способные заглядывать за грань. Видеть то, что уже свершилось, или то, чему только суждено случиться. Иногда эти знания приходили к ним во снах, или реже наяву яркими, болезненными вспышками.