Книга Боги, забытые временем, страница 52 – Келси Шеридан Гонсалез

И теперь, когда она назвалась Руа, он окончательно растерялся. Он был уверен, что ее зовут Эмма. Возможно, это действительно было второе имя, как она и сказала, но ее уклончивое объяснение показалось ему сомнительными. Хотя зачем бы ей лгать?

– Который час? – спросила она.

Он взглянул на часы.

– Без четверти четыре.

– Хорошо, – кивнула она и раздраженно нахмурилась. – Мне пора возвращаться.

– Я вас провожу, – предложил он, желая как можно скорее выбраться из леса. Здесь было тихо и сумрачно. И хотя он обычно любил уединение на природе, конкретно сейчас он был на взводе и не хотел продолжать эту прогулку.

– Лучше не надо, – сказала она и пошла прочь.

Он с такой легкостью сбежал с променада и пошел следом за Руа. Его тянуло к ней как магнитом.

Он заметил Руа, прибывшую в парк вместе с родителями, когда беседовал с Аннеттой и еще одной девушкой. Они обсуждали рассадку гостей на предстоящем званом ужине у Рэндаллов. Он сам искренне не понимал, почему Аннетта и ее подруга озаботились этим вопросом так сильно заранее, но поскольку рассматривал возможность всерьез ухаживать за Аннеттой, счел за лучшее хотя бы притвориться, что разделяет ее интересы.

Он наблюдал, как Руа беседует с матерью – причем сразу было понятно, что разговор был неприятным, – а затем идет прочь, пряча довольную улыбку. Его заинтриговала эта улыбка: так улыбаются, когда затевают какую-то шалость. Ему надо было узнать, что она замышляет. Разумеется, в интересах бизнеса.

Он покачал головой, хорошо понимая, что сам себе врет. Если не соблюдать осторожность, дочь Неда Харрингтона разрушит весь его мир. Аннетта Фицджеральд, с другой стороны, откроет ему прямой путь к процветанию. Она была милой, кроткой и сдержанной. Такая женщина и нужна ему рядом.

Руа – даже не вариант. На самом деле она вполне недвусмысленно дает понять, что он ей ни капельки не интересен. Так почему же решение ухаживать за Аннеттой так быстро теряет свою привлекательность?

Финн шагал следом за Руа, желая убедиться, что с ней ничего не случится. Или, может быть, вопреки доводам здравого смысла, он был еще не готов с ней расстаться. Ему нравились женщины, способные за себя постоять, и уж она, черт возьми, это умела.

– Руа, – прошептал он одними губами. Необычное имя. И вообще никакое не имя. Руа – «рыжая» по-ирландски. Ему было трудно представить, что миссис Харрингтон выбрала для своей дочери такое имя, пусть и второе. Но какое еще может быть объяснение? Неужели он так крепко верит в дурацкие слухи о ней, что заранее относится к ней предвзято? Или дело в чем-то другом?

Ее волосы, ее веснушки, ее улыбка – все было до боли знакомым. И как, скажите на милость, это объяснить?

Впереди уже показалась центральная аллея. Ближе к вечеру в толпе отдыхающих наблюдалось заметное оживление.

– Данор. – Знакомый из клуба Союзной лиги приветливо ему кивнул. Финн кивнул в ответ, пряча довольную улыбку.

– Где ты была? – Одна из горничных Харрингтонов поспешила к Руа. – Ты пропустила конную прогулку.

Финн увидел, что мистер и миссис Харрингтон стоят под раскидистым вязом и беседуют с Фицджеральдами и их дочерью Аннеттой.

Он подошел к ним, уже сожалея о своем решении проводить Руа. Она как будто нарочно помедлила на выходе к променаду, чтобы создать впечатление, будто они пришли вместе, бок о бок. Миссис Харрингтон смотрела на них с плохо скрываемым ликованием, в то время как все Фицджеральды чуть ли не морщились от отвращения.