Книга Рассвет и лед, страница 29 – Хелен Мерелль

– Горячий источник?

– Да, – кивает Эрек, подмигивая. – Почему, по-твоему, я выбрал это место? Как только узнал, что за гостиницей есть горячий источник, сразу же заселился.

Я прислушиваюсь к речи и понимаю, что на моем языке он говорит с легким акцентом, который я все никак не могу распознать.

Диалекты западного и восточного побережий очень отличаются. Как студентке и шаманке мне доводилось общаться с людьми разных возрастов и происхождения. Поэтому я слышала много разных акцентов. Однако этот мне незнаком.

– Ты очень хорошо владеешь калааллисутским. Кто-то из членов твоей семьи говорил на нем?

Отвернувшись, Эрек указывает на тропинку, ведущую вниз. Кажется, мой вопрос оказался неуместным, поэтому я молча следую за ним.

– Я владею многими языками Арктики. Они все звучат похоже, а мне приходится много путешествовать. Вот и выучил.

Эрек снимает свою красную шапку и проводит рукой в перчатке по взъерошенным волосам. Я мгновенно забываю все свои вопросы. Его густые волосы совершенно белые. Светлее, чем серебристые локоны некоторых скандинавов. Еще белее они кажутся по контрасту со смуглой кожей.

Эрек насмешливо изгибает бровь, и я понимаю, что смотрю на него с открытым ртом. Краснею и тут же опускаю взгляд.

Он указывает на небольшой каменный круг примерно в двадцати шагах от нас. Из-за теплой воды снег вокруг растаял, обнажив короткую густую траву. Навес из досок служит раздевалкой для посетителей.

Я не задумываясь снимаю одежду. По всему Калааллит Нунаату разбросаны горячие источники, один есть недалеко от моей родной деревни. Я купалась в нем столько раз, что напрочь позабыла про скромность. На мне только трусики и хлопковый бюстгальтер, хотя прикрывать особо нечего. У меня почти нет груди, зато есть мышцы, так что даже надень я красивое кружевное белье, сексуальнее от этого не стала бы.

Эрек снимает куртку и аккуратно вешает ее на крючок в раздевалке. Я сажусь на плоский камень у края источника и опускаю ноги в воду. Парень не соврал: температура тут примерно тридцать градусов, почти как в горячей ванне. Неземное удовольствие после долгого дня, проведенного на ледяном ветру…

Я позволяю себе опуститься глубже. Точь-в-точь как ванна: отполированные камни гладкие, как фарфор, а вода доходит мне до шеи. Это достаточно большой источник, примерно около трех метров в диаметре.

В левой руке постепенно возобновляется циркуляция крови, отзываясь знакомым покалыванием. Я прикрываю глаза.

В памяти снова всплывает лицо брата: более суровая версия моего собственного, его темная кожа, загоревшая от холода^[27]. Он не вошел в маленький деревенский зал, где проходила церемония похорон бабушки. Он незаметно ушел. Когда я поняла, что его нет, и выбежала на улицу, Килон уже превратился в далекий силуэт на ледяной равнине. Я могла бы вскочить на снегоход и догнать его. Мне следовало настоять, чтобы брат остался в деревне на ночь.

Я могла, я должна была… Как много сожалений принесла мне та встреча с…

– Собираешься спать здесь? – спрашивает глубокий, веселый голос.

Я открываю глаза, отгоняя дурные мысли. Небо над нами потемнело, на склоне горы начал клубиться туман. Справа от меня появляется Эрек, и горячий источник, показавшийся мне таким просторным, внезапно уменьшается.

Он ложится на спину и вытягивается в полный рост, откидывает голову назад, на скрещенные руки. Прозрачная вода не скрывает ни одного изгиба мускулистого тела. Его кожа такая же смуглая, как и у меня, с несколькими вьющимися белыми волосками вокруг темных сосков и пупка. Уникальный цвет волос Эрека явно натуральный.