Онлайн книга «Рассвет и лед»
|
В какой-то момент начинает казаться, что я уже несколько часов брожу по бесконечным переходам, которые то опускаются, то поднимаются… Но дух Килона не останавливается. Наконец, тьма рассеивается. Свежий поток воздуха ударяет мне в лицо. Я оказываюсь на выступе под скалой. От яркого света слезятся глаза. Через несколько секунд мне удается разглядеть силуэты собак. Должно быть, они подрались и начали поедать друг друга. Из дюжины псов осталась половина. Все они тощие и исхудавшие. То тут, то там валяется мусор, обглоданные кости и клочья шерсти… Большинство животных свернулись в клубок и даже не поднимают головы. Возможно, они мертвы или же слишком ослабли. Некоторые жалобно поскуливают, будто чуют своего хозяина. Возможно, потому, что я завернулась в одеяло Килона. Я замираю. Ездовые собаки не домашние животные, особенно если они голодали несколько дней… Они тут же набросятся, если поймут, что я легкая добыча! Дух Килона стоит передо мной. Собаки, почувствовав присутствие сверхъестественного, настороженно наблюдают, навострив уши. – Собаки чувствуют, что ты рядом, – мягко говорю я. – Надеюсь, это поможет подчинить их… Выбора нет. Сани Килона, спрятанные у входа в пещеру, – единственный способ добраться до деревни. Давненько я не запрягала собак. К счастью, когда я, спотыкаясь, иду к саням, одна из собак встает и, поскуливая, следует за мной. Пес почти черный, за исключением кончика хвоста. Одно ухо наполовину оторвано. Должно быть, это вожак. Он хочет выбраться отсюда так же сильно, как и я, поэтому покорно позволяет надеть на себя шлейку. – Хороший мальчик. У нас все получится… Большой кнут Килона спрятан за бортом саней. Его свист, словно гром, эхом разносится по пещере. Две другие собаки в конце концов повинуются и занимают свои места. Отыскав нож, я отрезаю ненужные жгуты, чтобы они не запутались. С тремя тощими голодными собаками быстро мы точно не поедем. Тем лучше, потому что я с ними точно не справлюсь. Большая собака с оторванным ухом быстро вскакивает на ноги, остальные напрягаются, чтобы оторвать сани от земли. Я едва успеваю усесться и накинуть на себя тюленью шкуру. * * * Ущелье, в которое въезжает упряжка, не что иное, как щель, где скопился снег. Сани плавно катятся вниз по крутому склону, но собаки начинают нервничать и встревоженно лаять. Сколько времени прошло? Несколько часов или дней? После полумрака пещеры белоснежный ледяной щит и серое небо жгут мне сетчатку. Собаки пыхтят, преодолевая изгибы между скалами, а затем резко ускоряются, едва оказавшись на более или менее ровной дороге. Они узнали следы. Надеюсь, память и инстинкты животных приведут меня к людям. Меня швыряет из стороны в сторону, сани подпрыгивают на кочке, и я едва успеваю удержаться. Одна из собак оглянулась, испуганно заскулив. Закутанная в тюленью шкуру, я не могу обернуться и посмотреть, что ее напугало. Хотя все и так ясно. Склизкая, мерзкая аура. Норсак. Как это возможно? Он только что оказался в мире духов и так быстро освоился? Страх с новой силой охватывает меня. Я убийца. Отцеубийца. Идеальная цель для мести. Еще одна собака спотыкается и заливается громким лаем. Со стороны оврага на нас обрушивается снежная глыба. Но вожак отклоняется от курса, уводя сани от лавины. Сквозь шум ветра я слышу голос Килона, направляющего свою упряжку. |