Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 126 – Лора Импульс

— Доброе утро, — пробормотал Эдвард, потянувшись.

— Кажется, уже почти полдень, — проговорила она.

Галла не хотела думать о чём-то другом, не хотела покидать этот искрящийся мирок беззаботного, почти безопасного утра, но воспоминание обрушилось на неё, как ледяной порыв: дневники, записи Веры, её теория… и то, что времени почти не осталось.

Она замерла на мгновение — между желанием броситься к тетради и желанием остаться рядом, в объятиях Эдварда хотя бы ещё минуту.

— Я должна кое-что проверить, — выдохнув, проговорила она. — В саду.

Эдварду эта идея совсем не понравилась, но ему не дали шанса даже попытаться отговорить Галлу. Зеркало на стене дернулось, серебро внутри сжалось, будто его затянуло вихрем — и отражение расплылось. Через миг из него шагнул Сомбре.

— Вы бы хоть постучали, — скорее раздосадовано, чем раздражённо бросил Эдвард.

— Я знал, что вы уже проснулись, — отозвался ректор, выглядел он лучше, чем вчера, однако далеко не так бодро и собранно, как обычно.

— Я хочу попытаться призвать Веру, то, что осталось от её сознания, — объявила с ходу Галла,уже успевшая схватить блокнот. — Отделить её от хаоса. Тогда у них ничего не выйдет.

— Я пробовал повторить её ритуал, — покачал головой Сомбре. — И здесь, и в архиве, и в башне Лессинга. В полнолуния, день Жатвы, другие даты. Я ни разу не получил даже намёка на отклик… Видимо, на людях или их тенях он не работает.

— Я предлагаю попробовать не здесь. А в вашем саду, где хаос ближе и само пространство помнит о Вере.

— А мы не придём к тому же самому, не создадим неуправляемый карман внутри кармана?

— Нет, я уверена. Мы же не создаём пространство, а пытаемся поймать потерянную душу.

— Тогда давайте попробуем, — кивнул он. — Морроу, хотите с нами?

— Конечно, не хочу, — отозвался Эдвард, — и, конечно, пойду.

— Тогда прихватите зеркало со стены. Я знаю, вам нравится его перевешивать.

Новый прыжок внутрь стабильного островка в хаосе, ректорского дома. Гостиная тихо дышала — будто сама наблюдала. Пол под ногами чуть вибрировал, едва уловимо, как когда-то вибрировал воздух перед грозой.

Мела здесь не нашлось, но Галла начертила круги и символы из блокнота угольком, что вечно лежал остывший у края очага. Символы вышли точными. Они были похожи на детские каракули, и в то же время — на древние руны, которые будто сами знали, куда лечь.

Свет — свечи и зеркало, взятое из сторожки.

Зов — музыкальная шкатулка Веры, что помогла ей создать этот дом и вновь стала его частью.

Сосуд — два ее блокнота, исписанных живым, торопливым почерком.

Сомбре попытался произнести заклинание первым — его голос звучал ровно, почти холодно, но в воздухе дрогнуло… и стихло. Ни вспышки, ни ряби — только лёгкий звенящий отклик, похожий на затухающую струну.

— Что-то… что-то будто слышит… чуть отзывается, — тихо завороженно сказал он. — Мы должны повторить… позвать правильно. Заговорщики пытаются вытащить её подделкой, но если тут позову её я?

Он взглянул на Галлу.

— Но вы же и произносили… — возразила она.

— Нет, мисс Винтер, попробуйте вести вы! А меня мы используем как часть ритуала.

Он медленно сел во второй круг. Его силуэт — строгий, прямой, с белыми волосами, рассыпанными по плечам, — теперь был мерцающей тенью в свете свечей. Шкатулку убирать не стал — судя по записям дополнительные ингредиенты только усиливали связь.