Книга Его своенравный трофей, страница 38 – Александра Питкевич

Полог шатра откинулся резко, и замершие сбоку женщины вздрогнули, прежде чем склонились в поклоне. Ильбэчин. Гансух, как его назвала женщина, остановился в проходе, глядя на меня при свете ярких ламп, словно не успел рассмотреть до этого.

– Этот наряд идет тебе больше, чем те лохмотья, что были раньше, – голос все такой же низкий, властный. Черные глаза скользнули сверху вниз, достигли носков моих туфель и вернулись обратно, то ли разглядывая шпильки в волосах, то ли саму прическу.

Степняк шагнул в шатер и полог за его спиной опустился, словно отрезая нас от остального мира. Мужчина махнул рукой, и обе женщины выскользнули вон, не дожидаясь приказа. Я была права, они и боялись, и уважали этого мужчину. И было не просто понять, чего больше: страха или почтения.

– Значит, ко мне в руки попала сама Талантливая наложница Е, – подтянув к столику еще один стул, спросил степняк, словно я не была куплена им за горсть монет прошлым вечером.

– Я больше не имею права носить этот титул, – голос прозвучал тихо, будто что-то давило мне на горло. Ребра опалило жаром в том месте, где была сокрыта бирка. То ли она реагировала на мое волнение, то ли на присутствие колдуна рядом.

– Пусть так, – степняк улыбнулся. Его не волновали наши традиции.Если я однажды носила титул одной из жен императора, в глазах Гансуха я осталась ею навсегда. – И все же, ты здесь, а не в поместье Демона Копья. Сбежала.

Степняк откинул голову и рассмеялся, как хан до того. Их забавляла ситуация, а мне от этого становилось стыдно. Словно глупую девчонку поймали на воровстве пудры госпожи.

Смех замер так же резко, как и зазвучал. Я поежилась под внимательным взглядом черных глаз.

– Нам нужен мир с империей. И ты в этом поможешь.

– У меня нет такой власти, – поворот был вполне ожидаемый, но я ничего не могла предложить степям. Кроме бирки. Но это будет знаком для начала войны, а не мира.

– Ты видно сама этого не понимаешь, женщина. То, что один из младших ханов напал на крепость – большая беда для заключения мира. Но раз Тенгер, Вечное Чистое Небо, привел тебя в наши руки, все можно будет решить. Принцесса Восточных Гор должна прибыть в стан через десять дней, если мы договоримся с твоим генералом. А теперь это сделать куда проще. Думаю, он согласиться простить нашего ханыча. За его голову и твое имя, разумеется.

– Вы переоцениваете мою значимость, – лепешка едва не застряла в горле. Перед глазами встали, словно наяву, картинки того «теплого приема», что мне окажет Чжан Рэн, стоит вернуться в его руки.

– А еще ты поможешь правильно организовать приветствие принцессы. Хан очень не хочет, чтобы какая-то мелочь оскорбила невесту и стала помехой для будущего союза.

– Если принцессе приказали выйти замуж в степь, она проглотит любое оскорбление, – тихо произнесла я, прекрасно зная, что выбора у девушки нет. Даже если она пожелает саботировать свадьбу, ее потащат на церемонию связанной. Свои же.

– И все-таки, хан желает настоящего и долгого мира с вами…

– Почему? – я знала, что это прозвучит резко. Что перебивать не стоит, но этот вопрос жег язык с самой аудиенции. Столько лет непрерывной войны, и стоило смениться императору, как степняки запросили мир?

– Потому что война, идущая с двух сторон, способна разорвать любую страну. Даже нашу великую степь, – сощурившись, наблюдая за моей реакцией, проговорил Гансух вкрадчиво.