Книга Его своенравный трофей, страница 33 – Александра Питкевич

– Идти, хатагтай, – старшая из женщин поклонилась, словно теперь, при моем новом облике боялась даже прикоснуться.

Но кто мог сказать, насколько далеко простиралось это ее почтение и уважение. Не окажусь ли я через какое-то время с железным кольцом на шее, если решу вспылить или ослушаться. Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть, соглашаясь следовать за женщиной.

Меня, словно гостью, в сопровождении служанок и невесть откуда взявшихся солдат, повели мимо войлочных шатров. В самый центр становища, где был раскинут огромный снежно-белый юрт. Перед входом на высоких копьях трепетали от ветра штандарты, звенели туги (бунчуки), увешанные колокольчиками и конскими хвостами. Сердце замерло на то долгое мгновение, пока я стояла у шатра. Если я хоть что-то понимала, то мне доведется попасть на аудиенцию к самому хану или к его ближайшему родичу, что командует этим великим войском.

Пола юрта откинулась и маленькая, темня от загара женщина, одетая в дорогую, вышитую от подола до ворота, одежду, махнула рукой. Звякнули бусы и браслеты, коих на ней было великое множество.

– Проходи, госпожа. Тебя ждут, – чисто, почти без акцента, проговорила старуха, глянув на меня внимательно черными, узкими глазами.

Медленно, пригнувшись, чтобы не зацепить высоким головным убором тяжелую ткань, я шагнула в шатер. Здесь было неожиданно светло, но тот, кто на высоком кресле сидел у дальней стены, прятался в тени.

Скосив взгляд, я быстро осмотрела присутствующих. Среди мужчин сидел и тот, кто меня выкупил. Остальных я не знала. Отметила только еще мужчину, одетого в хламиду шамана. Даже его лицо было скрыто от глаз тонкими кожаными веревками, усыпанными бусинами. Почти как корона нашего императора. Поговаривали, что прямой злой взгляд, направленный на правителя, мог нанести ему вред, для того на короне Великого Дракона были бусины. Видимо, кочевники верили в это так же сильно, как люди моей страны.

– Госпожа, подойди, – без высокомерия, но строго произнесла старуха. Она заняла место на большой подушке по левую руку от трона. Не жена. Даи по возрасту не подходит. Великая Мать? Скорее всего так и было. Кому еще из женщин, кроме катунь* разрешено было бы сидеть среди мужчин, как равной.

Придерживая подол, я прошла мимо низкого стола, заставленного широкими, не по нашей традиции, пиалами. Мимо внимательных, с колючими взглядами, мужчин. И так же медленно, изящно, насколько позволяло волнение, опустилась на колени и склонила голову.

– Приветствую хозяина степей, – голос почти не дрожал. Может, свою роль сыграл мой наряд, может официальность обстановки. Я чувствовала себя почти как на приеме во дворце.

– Поднимись, госпожа. И скажи нам, что за жемчужину так неожиданно добыл мой темник в ночи. Как ты попала сюда? – меня не поправили, значит обращение было верным. Передо мной сидел сам великий хан Додай.

Мужчина чуть подался вперед, попадая в пятно света, исходящего от множества ламп.

Большой. Могучий.

Это было первое, что пришло в голову при взгляде на мужчину, что в своем железном кулаке держал всю Орду. Черная, с рыжими проблесками, борода. Косматые брови. И высокая шапка с меховой оторочкой и соболиными хвостами по бокам.

Я задумалась на мгновение. Сказать правду? Или схитрить.

Я смотрела в черные глаза хана, и словно падала в омут. По спине прошла холодная волна. Ногу кольнуло. Как раз в том месте, где все еще была намотанная учеником шамана лента. Я так резко обернулась в сторону мужчины в темной хламиде, что взлетели рукава моего платья, звякнули шпильки в волосах.