Книга Жестокий. Моя по контракту, страница 29 – Виктория Кузьмина

— Спасибо. Я постираю и верну.

— Оставь себе, этого барахла навалом. Просто не хочу, чтобы ты сиськами в такси светила. Еще кто заснимет- клубу потом репутацию отмывать.

Алина грустно кивнула и вызвала машину, как только она подъехала она попрощалась с мужчиной и юркнув в такси поехала домой. Она хотела побыть одна.

Спасибо за ваши комментарии! Вы вдохновляете меня!)

Последующие дни стали адом наяву. Пресс-конференции, где Волков, едва сдерживая ярость, отвечал на провокации о бое с китайцем. Разборы боя с тренером Маратом, переходящие в крики. Спонсорские ужины, где он был холоден и циничен. Атмосфера в клубе сгущалась, как смог перед грозой. И грянуло: прямой эфир Питерского боксера Ковалева.

— Волков? Хороший боец. Но он боится настоящих испытаний. Мы зовем его полгода! Он прячется за мальчишками. Или боится проиграть? Мы готовы. Рискни, Волк! Или ты только на слабаков горазд? Вызов, брошенный на весь мир.

Оскорбление, попавшее точно в больную точку его нечеловеческого самолюбия.

Волков взорвался. Его ярость была апокалиптической. Кабинет сотрясался от его криков, телефон разлетелся вдребезги о стену. Весь клуб замер, боясь дышать. Алина превратилась в запрограммированный автомат. Пресс-релизы, опровержения, письма юристам, согласования с промоутерами, бесконечные правки по его истеричным, противоречивым замечаниям«Слишком мягко!» / «Это оскорбление! Переписать!». Она не уходила с работы больше суток. Глаза слипались, пальцы путались на клавиатуре, желудок сводило от голода и литров выпитого кофе. Единственный луч — звонок в клинику:

— Комиссар сегодня поднялся! Сам! Пока стоит шатко, но ОН ХОДИТ!»

Она судорожно сглотнула ком в горле, прижав телефон к уху, боясь, чтобы Волков не услышал ее всхлип. Он ходит. Он возвращается. Ради этого момента она продала душу. Оно того стоило? В этот миг — ДА.

Она заснула. Просто рухнула лицом на клавиатуру, среди бумаг, чашек из-под кофе и распечаток. Глубокий, беспамятный сон отчаяния.

Легкое прикосновение к плечу. Аромат кофе.

— Алина? — Алина? Эй, ты в порядке?

Она вздрогнула, подняла голову. Перед ней стоял Адам, держа два стаканчика. Его лицо выражало искреннюю обеспокоенность.

— Я просто... — она растерянно потрогала отпечаток клавиш на щеке.

— Похоже, ты валишься с ног, — он мягко улыбнулся, ставя кофе перед ней. — Держи. Двойной эспрессо с сиропом. Как-то раз слышал, ты заказывала. На, должно помочь.

Алина с благодарностью взяла стаканчик, чувствуя, как тепло разливается по замерзшим пальцам. Они разговорились. О бое, о тренировках Адама, о том, как он тоже когда-то подбирал бездомного пса. Было легко. Безопасно. Как вте выходные в переписке.

–...и вот этот ушлый котенок... — Адам смеялся, рассказывая историю, когда дверь кабинета распахнулась с такой силой, что стена задрожала.

В дверном проеме стоял Волков. Его лицо было искажено бешенством. Глаза, горящие ледяным огнем, перешли с Алины на Адама, на стаканчики кофе. Пелена ярости застила ему взгляд.

— ТЫ!— он рявкнул, указывая пальцем на Адама, будто на таракана. — Что ты здесь делаешь?! Кто тебе разрешил совать свой нос в служебные помещения?! ВОН! СЕЙЧАС ЖЕ! И чтобы я тебя здесь БОЛЬШЕ НЕ ВИДЕЛ! ПОНЯЛ?!

Адам, хоть и был удивлен, не испугался. Он лишь поднял брови, спокойно посмотрел на Волкова, потом на перепуганную Алину.