Книга Не твоя жертва, страница 139 – Виктория Кузьмина

Арман почувствовал странное облегчение под слоем ярости. Этот кивок значил больше, чем тысяча слов. Признание. От отца. Он перевел взгляд на Лену, все еще прячущуюся под одеялом, ее глаза были огромными, полными смущения и вопроса. Он хотел прикоснуться, успокоить, но сейчас это было невозможно. И еще он чувствовал, как прилив желания снова накатывает на него, глядя в ее испуганные, но такие родные глаза, на прядь волос, упавшую на щеку.

Позже. Сейчас не время.

— Выйдите, — сказал Арман резко, но уже без прежней ярости, обращаясь к обоим. — Дайте нам... одеться. Или вам интересно продолжить наблюдение?

Егор вскочил со стула, как ошпаренный, явно рад возможности сбежать. Борислав Святозарович поднялся медленно, величаво, его взгляд еще раз скользнул по метке на шее дочери, затем по лицу Армана. Он ничего не сказал. Просто развернулся и вышел за Егором, закрыв за собой дверь.

Воздух в палате как будто сжался, а потом разрядился. Лена выдохнула, опустив голову на подушку.

— Боже... — прошептала она. — Это было... ужасно неловко.

Арман потянулся к ней, отодвинул одеяло от ее лица, осторожно убрал прядь волос.

— Прости, — его голос был непривычно мягким. — Не ожидал такого визита, — он коснулся пальцами ее пылающей щеки. — Как ты? Голодна?

Вопрос был прозаичен, но именно он вернул их к реальности. Лена прислушалась к себе. И почувствовала... пустоту. Огромную, зияющую пустоту в животе, которая мгновеннозатмила и стыд, и смущение.

— Да, — призналась она, удивленная силой этого ощущения. — Очень.

Арман усмехнулся, легкая улыбка тронула его обычно суровые губы.

— Тогда вставай, одевайся. Завтрак будет эпичным.

Он наклонился, поцеловал ее в лоб быстро, но тепло. Затем сполз с кровати, потягиваясь. Его движения были плавными, уверенными, полными новой странной легкости. Метка на его шее слабо пульсировала.

Они одевались быстро, молча, но атмосфера между ними была уже иной. Неловкость сменилась тихим, спокойным взаимопониманием. Когда Арман застегивал рубашку, скрывая свою метку, Лена поймала его взгляд и улыбнулась робко, но искренне. Он ответил ей кивком.

— Входите! — крикнул Арман, поправляя манжет.

Дверь открылась. Вошли Егор и Борислав Святозарович. Медведь занял свое прежнее место у стены, Егор стоял чуть впереди, явно нервничая.

— Егор, — Арман повернулся к помощнику, игнорируя на мгновение отца Лены. — Пошли одного из охранников в ближайший приличный ресторан. Пусть позвонит мне, когда будет выбирать. Лена голодна. Очень.

Егор кивнул, не задавая лишних вопросов, достал телефон и вышел в коридор, отдавая приказ. Через секунду за дверью послышались быстрые удаляющиеся шаги — охранник побежал выполнять поручение Альфы.

Арман перевел взгляд на Борислава Святозаровича, затем на вернувшегося Егора.

— Ну? — спросил он Егора, скрестив руки на груди. Лицо его стало серьезным, деловым. Веселье закончилось. — = Что стряслось, что вы пожаловали так рано и... так настойчиво? Вдвоем? — его взгляд скользнул к медведю.

Егор тяжело опустился на стул, вытер ладонью воспаленные глаза. Он выглядел измотанным до предела.

— Совет, Арман, — выдохнул он. — Решили провести завтра. Утром.

Арман нахмурился.

Завтра? Так скоро?

— Причина такой спешки? — спросил он, голос стал жестче.

— Марат, — ответил Егор коротко. — Подал официальное требование о срочном сборе Старейшин. Заявляет о невыполнении тобой прямых обязанностей Альфы. Грозится предоставить... доказательства. Весомые. Называет совет «Срочным Собранием для Рассмотрения Вопроса о Компетентности».