Книга Жена в наследство. Хозяйка графства у моря, страница 60 – Нина Новак

Но сестра начинает плакать и закрывает лицо ладонями. Я поднимаю лицо к потолку. Хочется взвыть, но как ругать девчонку? Она явно умирает от стыда и… Коннор разбил ей сердце.

— Поднимись к себе, Пчелка. Завтра я поговорю с тобой и представлю обновленный графикзанятий.

Софи, не отнимая ладони от глаз, кивает и бежит к лестнице.

Натан смотрит на меня, но пока молчит. В его глазах читается что-то темное, жесткое.

— Что произошло? Ее сильно потрепали?

— Из нее хотели забрать силу на алтаре, — хрипловато произносит Натан.

Кровь стынет в жилах. Все настолько серьезно⁈

Натан подходит ко мне и берет мои похолодевшие пальцы в ладони. Подносит их к губам, согревая дыханием. По порядку и обстоятельно рассказывает, что произошло на полуострове.

— И где сейчас лорды? — спрашиваю я, хотя по его лицу уже догадываюсь.

— В лесу. Мы привязали их к деревьям. Я оставил охрану, и пусть Вейлас решает их судьбу. Все имущество конфискуем в пользу казны.

— Нет. Так нельзя, Натан, — качаю головой, и бывший муж хмурится.

— Ты защищаешь этих мразей? — цедит он.

— Конечно же, нет! — вспыхиваю я. — Но я хочу провести суд, расследовать преступления этих семей по закону. И я не могу захватывать власть в Шарлене силой, агрессивно… Натан, в семье Харлоу не все предатели. Я читала отчеты.

Взгляд Натана темнеет, челюсти сжимаются. От него исходит сдержанная ярость, и малыш беспокойно шевелится в животе.

— Суды будут идти долго, Лиз. А пока эти твари на свободе, они могут снова попытаться добраться до тебя… до нашего…

Он не договаривает, но я понимаю.

— Натан, они мои подданные, — стараюсь говорить твердо. — Я не могу узурпировать власть.

Мы стоим друг против друга, и я вижу, как в его глазах мелькает что-то хищное, первобытное. Но затем он шепчет что-то грубое, не разобрать что, и резко отшатывается.

— Проводи меня в лес, — прошу я тише. — Я хочу посмотреть на задержанных лордов.

Натан молча кивает, но по его лицу пробегает тень. Малыш отчего-то начинает волноваться сильнее.

Повинуясь интуиции, спрашиваю:

— Твой отец был там?

— Да, — коротко отвечает Натан.

В его глазах на секунду вспыхивает упрямое, темное выражение. А потом он словно встряхивается.

— Но ты права, лучше устроить официальный суд и исследовать преступления местной знати… по закону.

Я чувствую, что за этими словами стоит внутренняя борьба, но не решаюсь расспрашивать.

Мне не хочется оставлять Пчелку одну, но везти ее в лес после пережитого жестоко. Она должна крепко выспаться и прийти в себя.

Прошу Марту приготовитьуспокаивающий отвар с медом и отношу его в комнату Пчелки. Она свернулась калачиком под теплым пледом и тихо плачет.

— Прости меня, Лиз. Так стыдно, так больно…

— Поспи. Но завтра нас ждет серьезный разговор, — зажигаю пару кристаллов, которые наполняют комнату мягким теплым светом.

Ставлю поднос с напитком у кровати и сажусь рядом с Пчелкой. Провожу рукой по ее взъерошенным волосам.

— Меня никогда никто не полюбит, я недостойна, — шепчет она, заливаясь слезами. — Я неуклюжая, глупая, не умею себя вести.

— Просто ты выбираешь людей по внешности, Пчелка, — вздыхаю я.

Пчелка поднимает голову и утирает глаза.

— Я винила Мону и думала, что она злая и подлая. А Коннор… Что плохого я ему сделала?

— Ничего плохого ты ему не сделала, Пчелка. Просто такие парни привыкли все рушить. Он мразь.