Книга Пепел на моих крыльях, страница 28 – Рина Белая

Но в тот миг, когда пасть уже готова была сомкнуться, она очнулась.

Сила.

Живая сущность, дремавшая во мне, вспыхнула, разрывая невидимые оковы. Она подняла голову, взметнулась вихрем внутри меня и вырвалась наружу. Воздух вокруг задрожал, завибрировал, а затем вспыхнул живым белоснежным пламенем.

Тело поддалось силе.

Кожа рассыпалась белоснежными искрами, уступая место прочной, гладкой чешуе.

Моя спина выгнулась, и я почувствовала, как расправляются крылья, созданные для полета.

Пальцы вытянулись, когти заскрежетали о камень.

Хвост, гибкий и мощный, плавно скользнул по полу, подчиняясь новому центру тяжести. Он заканчивался грозными шипами — длинными и острыми, как клинки.

Я подняла голову.

Больше не человеческую. Драконью.

Тьма вокруг меня отпрянула. Вместе с чудовищем, но лишь на короткое мгновение.

Я даже не успела осознать, не успела порадоваться возвращению в истинную форму. Мои крылья еще не сложились, хвост еще не привык к новой тяжести, а сердце все еще билось в ритме перерождения. Как вдруг звякнули цепи и чудовище рванулось вперед.

На этот раз между нами больше не было вихря энергии, не было кокона обращения, защищающего меня. Я была открыта для удара.

Дракон двигался с пугающей скоростью, несмотря на свою колоссальную массу. Его чешуя была серой, словно покрытой пеплом тысяч сожженных миров, а в глазах клубился голод древнего существа, которое слишком долго ждало свою добычу.

Я даже не пыталась расправить крылья, понимала, что не знаю, как ими управлять. Они казались чужими, слишком большими, слишком новыми. Я была драконом, но не умела летать.

А он — умел.

Чудовище взмыло в воздух, а затем рухнуло вниз, заставивкаменный пол содрогнуться. Огромные когти рассекли воздух, но я успела отскочить в сторону, неуклюже чувствуя, как новый центр тяжести мешает мне двигаться привычным образом.

Он ударил снова, и камень там, где я только что стояла, взорвался, разлетевшись острыми осколками.

Отскочив, я резко развернулась и нанесла удар.

Острые шипы на конце хвоста вспороли воздух и с силой врезались в бок пепельного чудовища. Раздался глухой звук, и он взревел. От боли.

Хвост мгновенно стал моим оружием и единственной частью моего нового тела, в которой я чувствовала абсолютную уверенность.

Он развернулся и на этот раз атаковал не когтями, а пастью.

Я не успела отскочить.

Огромные зубы сомкнулись, словно смертельный капкан, но вместо мягкой плоти встретили защиту из чешуи. Он захватил не только мой корпус — часть моего крыла оказалась у него в челюстях.

Я почувствовала, как воздух выходит из легких под чудовищным давлением. Острая боль пронзила меня, но инстинкты сработали быстрее, чем сознание. Я резко рванулась в сторону и забила хвостом, пытаясь достать шипами до его глаза.

Хвост со всей силы врезался в его морду, шею и грудь. Шипы пробивали чешую, оставляя глубокие раны, из которых лилась горячая липкая кровь. Она заливала мои лапы, хвост и крыло.

Острая, пронзительная боль вспыхнула, когда его зубы разорвали мышцы у основания крыла. Я выгнулась от боли и закричала. И вместе с этим криком из моей глотки вырвалось белое пламя.

Не просто жар, не просто огонь — это была стихия в чистом виде. Она неслась неудержимым потоком, сжигая все на своем пути, не оставляя ничего, кроме пустоты и испепеляющего жара.