Книга Сердце Белого бога. Тенера, страница 22 – Рина Белая

И тут — ладонь Виктора несколько раз хлопнула меня по голове, будто я была каким-то псом.

— Хватит пугать народ, звереныш, — пробормотал он, с таким ленивым смешком, что за ближайшим столиком чуть не поперхнулись.

Я зло покосилась на Виктора.

— Идем, — коротко бросил он.

Виктор сел за один из свободных столов у стены. Официант появился почти сразу, принял заказ и тут же исчез.

Виктор сцепил пальцы в замок и принялся ждать. За его спиной застыл телохранитель. Я улеглась у ног Виктора и прикрыла глаза. Но мои уши улавливали все.

Где-то справа официант осторожно наливал горячий напиток — жидкость шипела, касаясь фарфора, а пар тихо вздыхал, рассеиваясь в воздухе. Ложка звякнула о блюдце.

Глубже в зале кто-то отрезал кусок мяса — лезвие ножа скользнуло по тарелке с влажным скрипом.

Чей-то вздох — короткий, приглушенный, словно его тут же заставили замолчать.

И шаги.

Тяжелые, размеренные, принадлежащие человеку крупному, но не грузному. За ним двое. Телохранители. Ступают ровно, с полной опорой на пятку. Темп меняется — подстраиваются под своего главу.

— Виктор Рейнхольдт фон Дагеросс, — раздался голос. Низкий, с легкой хрипотцой, будто его владелец слишком часто курил у камина в своих владениях.

Я приоткрыла одинглаз.

Перед нами стоял мужчина в темном камзоле. Его пальцы сжимали перстень с черным камнем. Кожа смуглая, черты резкие, возраст — ближе к старшему, но в теле нет ни капли слабости.

Виктор медленно поднял взгляд.

— Рован Дарроу. Глава Вейларонских пустошей, — его голос прозвучал ровно, но без тепла. — Как поживают ваши медные рудники?

— Рудники процветают, фон Дагеросс. Медь Вейларона по-прежнему течет рекой.

Его взгляд скользнул ко мне — тяжелый, оценивающий. Он будто взвешивал каждый мускул под шерстью.

Я невольно дернула ухом, словно пытаясь стряхнуть с себя это пристальное внимание.

— Можно присоединиться? — спросил он наконец, жестом обозначив свободное место.

Виктор едва заметно кивнул.

— Как дорога? — спросил Рован, опускаясь в кресло. Его телохранители остались стоять, как тени.

— Пришлось задержаться, — сухо отозвался Виктор.

Рован понимающе ухмыльнулся. Он явно слышал, как ездовых псов Виктора разорвала его иномирная кошка, и тому пришлось ждать замену.

Его глаза, холодные и расчетливые, на мгновение вспыхнули чем-то, что могло бы сойти за… восхищение.

В тот момент, когда Виктору принесли еду и он молча принялся за трапезу, Рован заговорил:

— Все началось на Арене, — произнес он, и его голос внезапно обрел странную живость. — Когда туда на службу поступила наша Богиня смерти. Жестокая. Беспощадная хищница с далекой планеты.

Рован откинулся в кресле, бокал с вином застыл в его пальцах.

— Я был на каждом ее выступлении, — продолжал он, и в его тоне звучала почти одержимость. — Видел все грани ее темной стороны. Она не просто убивала — она играла. Зрители сходили с ума. Никто не мог сравниться с ней. Никто.

Он сделал глоток, словно давая Виктору время осмыслить сказанное.

— А потом… тот случай с мальчишкой. Он ударил кинжалом. Прямо в грудь. Глупо. Жалко. Но… какая ирония. Величайшая хищница Арены пала от руки какого-то отчаянного щенка.

Виктор медленно отложил приборы. И хотя он знал про Арену, он никогда не видел этих боев. И теперь его внимание было приковано к рассказу. Он пытался понять, к чему клонит Дарроу.