Книга Обезьяна – хранительница равновесия, страница 85 – Барбара Мертц

– Она встречалась с отцом, – задумчиво протянул Рамзес. – Она отметила наше сходство.

Нефрет бросила на него загадочный взгляд, но прежде чем она успела что-либо сказать, Давид потрясённо выпалил:

– В Египте все знают Отца Проклятий, Рамзес. Он бы никогда не связался с… с такой женщиной.

– Нет, – кивнула Нефрет. – Ни один порядочный мужчина не стал бы этого делать. – Она, должно быть, видела, как мальчики обменялись взглядами, потому что продолжила дрожащим от негодования голосом: – О да, я знаю, что некоторые весьма уважаемые «джентльмены» ходят к проституткам. По крайней мере, они называют себя джентльменами! Ихджентльменскиезаконы запрещают женщинам зарабатывать на жизнь приличной профессией, а когда бедняжки вынуждены влачить жизнь в болезнях, нищете и унижении, благочестивые лицемерыпосещаютих, а затем наказываютсамих же женщинза безнравственность!

Её глаза наполнились слезами. Давид протянул руку и похлопал её по руке.

– Я знаю, Нефрет. Мне жаль. Не плачь.

– Мир не изменишь в одночасье, Нефрет. Не разбивай себе сердце из-за того, что не можешь изменить. – Рамзес знал, что его голос звучит жёстко и безразлично, но видеть её слёзы, когда он не мог утешить её так, как ему хотелось, было для него мучительно. Если бы он осмелился прижать её к себе, то выдал бы себя.

«В любом случае, – подумал он, – стащить девушку с седла и усадить перед собой будет скорее болезненно, чем романтично».

Она вытерла глаза тыльной стороной ладони и улыбнулась, слабо, но дерзко.

– Ямогупомочь. И однажды я это сделаю; просто подожди и увидишь.

Видя, как выдвинут подбородок и сжаты губы, Рамзес понял, что имела в виду его матушка, когда говорила о предчувствиях и предвидениях. Он полностью разделял чувства Нефрет, но у неё имелась опасная привычка вмешиваться туда, куда боялись ступать даже ангелы^[134], и эта конкретная причина могла привести её к серьёзным неприятностям. Каким-то образом, одному Богу известно, ему придётся держать её подальше от Дома Голубей – и от Лейлы. Два мужа Лейлы внезапно и насильственно умерли. Если он когда-либо и видел женщину, не нуждавшуюся в помощи и сочувствии, то это была именно она.

Как-то вечером на той же неделе мы ужинали с Сайрусом и Кэтрин, и случайное замечание последней напомнило мне о невыполненном обещании. Кэтрин спросила, когда мы ожидаем младших Эмерсонов и Лию, и Сайрус предложил разместить их в «Замке». Он был общительным человеком и любил компанию, но, хотя его жилище было гораздо просторнее и элегантнее нашего скромного обиталища, я отклонила приглашение, выразив подобающую благодарность.

– Они должны добраться до Александрии в следующий понедельник, но я не знаю, как долго они пробудут в Каире, прежде чем приехать.

– Думаю, не так уж долго, – сказала Кэтрин. – Им явно не терпится увидеться с вами. Мы надеемся встречаться с ними достаточно часто. Кажется, вы упоминали, что маленькая мисс Эмерсон на следующую осень намерена поступить в университет. Если она захочет продолжить учёбу нынешней зимой, вспомните, что я — бывшая гувернантка и учительница.

– Боже мой! – воскликнула я. – Это напомнило мне о Фатиме! Мы обещали найти ей учительницу. Она такая робкая, что не решается спросить ещё раз.

– У неё больше предприимчивости, чем ты думаешь, тётя Амелия, – ответила Нефрет. – Она обошлась своими силами. Кажется, в Луксоре есть женщина, которая даёт частные уроки.