Книга Обезьяна – хранительница равновесия, страница 39 – Барбара Мертц

– Обязательно быть таким чертовски многословным? – спросила я. – Ты думаешь, это объяснение засады? Простое мошенничество?

– Нет, – покачал головой Рамзес. – Вторая часть теории, я думаю, верна: Юсуф Махмуд надеялся скрыться с деньгами до прихода остальных, – но, боюсь, нам придётся рассмотреть и тот неприятный вариант, о котором я упоминал. Женщина намеревалась перерезать Давиду горло. И разве это простое совпадение, что они воздерживались от нападения, пока ты не пошла вместе с нами?

– Надеюсь, что так, – честно призналась я.

– Я тоже, моя девочка. Они не могли знать, что ты будешь там, но они определённо ждали меня с Давидом и приняли чрезвычайные меры, чтобы нас не похитили или не убили. Не может быть совпадением, что Юсуф Махмуд предложил папирус именно нам. В Каире полно других торговцев, и они с радостью перекупили бы его по той цене, которую мы заплатили. Боюсь, нам придётся столкнуться с возможностью того, что каким-то образом кто-то раскрыл наши настоящие личности.

– Как им это удалось? – воскликнул Давид.

Бедняга, он так гордился своей искусной маскировкой! Рамзес тоже не хотел признавать неудачу. Он сжал губы, как и всегда. Когда он ответил, слова прозвучали так, будто их протискивают сквозь щель.

– Ни одна схема не бывает абсолютно надёжной. Мне приходит в голову несколько вариантов… Но зачем тратить время на догадки? Уже поздно, и Нефрет пора отправляться спать.

Тростник зловеще зашелестел. Я поёжилась. Ночной ветер был холодным.

Давид наклонился и взял меня за руку. Он такой милый! Ласковая улыбка смягчила его лицо (а оно и вправду красивое).

– Всё верно. Давай, сестрёнка, у тебя выдалась напряжённая ночка.

Я позволила ему помочь мне выбраться из лодки и подняться на берег. Мы пошли гуськом, Давид – впереди, выбирая самый удобный и наименее замусоренный путь. Грязь хлюпала под моими ботинками.

– Совпадения случаются, – заметил Давид. – Возможно, мы пугаемся собственной тени.

– Всегда безопаснее ожидать худшего, – раздался кислый голос позади меня. – Дьявольски досадно. Мы три года создавали эти образы.

Я поскользнулась на чём-то раздавленном и источавшем ужасный запах. Чья-то рука схватила меня за подол рубашки и удержала.

– Спасибо, – выдохнула я. – Фу! Что это было? Нет, не рассказывай. Рамзес прав, вы не можете снова стать Али и Ахметом. Если они знают, кто вы на самом деле, папирус мог быть средством заманить вас в этот ужасный район. Потенциальному убийце или похитителю будет нелегко добраться до вас, когда вы находитесь надахабиис нами и командой или в респектабельных районах Каира, где вокруг полно народу.

– В этом есть один положительный момент, – признал Рамзес. (Он предпочитает всё видеть в мрачном свете.) – Мы получили папирус. Этого не должно было случиться.

– Вот ещё одна причина держаться подальше от Старого города, – подхватила я. – Дай мне слово, Рамзес, что вы с Давидом не вернётесь туда ночью.

– Что? О, да, конечно.

Вот ивсё. Никому из нас не пришлось говорить вслух, что скоро мы узнаем ответ на свой вопрос. Мы ускользнули – с папирусом – и если Кто-бы-там-ни-был узнает, кто такие Рамзес и Давид, то начнёт на них охотиться. Но не волнуйся, дорогая, мы знаем, как позаботиться о себе – и друг о друге.

– Дорогой Эмерсон, – сказала я. – Прежде чем покинуть Каир, нам нужно навестить месье Масперо^[66].