Книга Обезьяна – хранительница равновесия, страница 204 – Барбара Мертц

Он по-прежнему был ужасно мокрым. Влага из ткани его рубашки впиталась в моё тонкое платье. На мгновение он прижал меня к себе, и я почувствовала, как его грудь расширилась в глубоком, затаённом вздохе. Мои руки лежали на его плечах, но были слишком слабы, чтобы оказать достаточное давление на его напряжённые мышцы. Я не смогла бы сопротивляться, если бы он решил воспользоваться сложившимся положением.

Он выдохнул и повернул голову, прижавшись губами к моему ушибленному запястью.

– Надеюсь, вы простите мне эту вольность и запомните, что она – единственная, на которую я отважился. Сюда.

Опираясь на его руку, я добралась до окна.

– Я пойду первым, – промолвил он, открывая ставни. – Боюсь, вам придётся упасть, когда вылезете; там есть опоры, но в темноте их трудно найти. Я постараюсь смягчить ваше падение.

Без лишних слов Сети выпрыгнул и исчез в темноте. Высунувшись из окна, я дождалась тихого зова и последовала за ним. Его руки уже ждали, чтобы подхватить меня, но то ли он недооценил мой вес, то ли его нога соскользнула — в общем, мы оба упали на землю.

Сети тут же вскочил и помог мне подняться. Мне показалось, что он смеётся. Дождь стих, но ветер без устали завывал, и было так темно, что я едва могла разглядеть очертания Сети. Как и я, он был покрыт слоем липкой грязи. Поток воды омывал мои ноги. Я понятия не имела, где нахожусь. Тьма была почти осязаемой, ибо тяжёлые облака скрывали луну и звёзды. Единственными твёрдыми предметами во вселенной были стена дома позади меня и крепкая мокрая рука, которая сжала мою и повела меня вперёд.

Ветер дул с севера — такой сильный, что сбивал с ног, такой холодный, что пробирал до костей. Даже ровная местность была скользкой от грязи, и почти нигде не удавалось нормально пройти. Мы с хлюпаньем перебирались через добрую дюжину небольших ручьёв, тащились по склонам, залитым водой, падали, поднимались и снова падали. Однако я не жалела, что покинула сухую, укрытую комнату, в которой находилась ранее.

К тому времени, как мы добрались до места назначения, я уже освоилась в окружающей обстановке. Мы шагали мимо разбросанных домов и видели освещённые окна; даже контуры пейзажа стали мне знакомы. Я поразилась смелости этой женщины. Она отвезла меня обратно в Гурнах, в тот самый дом, который некогда был её штаб-квартирой в деревне. Возможно, для этого и не требовалось особой дерзости; дом этот уже подвергался тщательному обыску, и нынче считалось, что он заброшен. Если бы я смогла сориентироваться раньше, то оторвалась бы от своего спутника и направилась бы к дому Селима, находившемуся неподалёку. Куда Сети вёл меня? Мы шли – скорее, ползли и карабкались – чуть ли не целую вечность.

Внезапно Сети остановился и обнял меня за плечи. Его лицо было так близко к моему, что я смогла разобрать его слова, хотя ему пришлось кричать:

– Вы скользкая, как рыба, моя дорогая, и холодная, как глыба льда, поэтому я не буду долго прощаться. Вон дверь – видите? Не пытайтесь идти за мной. Спокойной ночи.

Следовать за ним было выше моих сил. Зубы стучали, а мокрая одежда казалась ледяной коркой. Мне хотелось тепла, сухости и чистоты, хотелось увидеть светлые и приветливые лица. Всё это, и даже больше, ждало меня внутри. Дом принадлежал Абдулле. Я, хлюпая по грязи и шатаясь от изнеможения, добралась до двери и нажала на щеколду.