Книга Оставленная у алтаря, страница 102 – Ивина Кашмир

Один из стариков, у которого длинная рыжая борода, поднимается со скрипом стула.

Он опирается ладонями о стол и чуть наклоняется вперёд, будто так ему проще нас рассмотреть.

— Леди Аривия Ноланд, — произносит он тихо. — Мы выражаем свои соболезнования в связи с кончиной вашего отца.

«Кончина» звучит слишком официально, отчуждённо… будто речь идёт о каком-то документе, а не о моём отце, которого я до сих пор вспоминаю со взрывами боли.

— Спасибо, — бормочу я, нервно сцепив пальцы.

Второй старик подаётся вперёд.

— Арден был нашим другом. И не только другом. Верным союзником ордена, — договорив, он кивает на стулья, мол, садитесь.

Я сажусь. Риан садится рядом, чуть ближе, чем нужно. И только теперь меня накрывает мысль: почему его впустили?

Риан ведь не просто мужчина, сопровождающий «испуганную девицу». Он принц. Наследник.

И всё равно старики не возражали, не пытались остановить, даже взглядом не дали понять, что его здесь быть не должно.

Странно.

Если орден скрытный, а он явно скрытный, тогда позволить наследнику явиться сюда — смело. Или глупо. Или… ситуация действительно критическая.

— Итак, я вас слушаю, — голос Риана звучит непривычно холодно. — Рассказывайте, почему вы ждали дочь Ноланда.

— Всё сложно, Ваше Высочество, — вздыхает рыжебородый, посмотрев на него исподлобья. — Дело в том, что... у вас под носом уже очень давно проворачиваются тёмные дела. И Арден, — он бросает быстрый взгляд в мою сторону, — был в их эпицентре, поэтому и погиб.

У меня пересыхает в горле.

Выходила я из здания тайного ордена с тяжёлой головой. Мысли крутились в беспорядке, не давая нормально дышать.

Если бы не Риан, схвативший меня за руку и тащивший за собой, я бы долго стояла на месте, кусая губы, в жалкой попытке собрать воедино картинку.

Информация, которой поделились старички, оказалась… непереваримой. По крайней мере, для меня.

Риан, который бодро шагал по узеньким улочкам, таща меня за собой, как козу на верёвке, не выглядел ошеломлённым.

Подумать только… папа, как оказалось, был насильно втянут в дворцовые интриги и обратился в члены запрещённого ордена лишь для того, чтобы они ему помогли.

Из сумбурных, но пугающе точных рассказов стариков у меня постепенно складывается цельная картина, такая, от которой стынет кровь.

Оказывается, папа был слишком талантливым зельеваром. Настолько, что на него обратили внимание те, кто предпочитал действовать в тени. Сначала его «попросили» сварить пару запрещённых зелий. Папа отказался. После этого исчез один из его учеников. Нашли лишь обугленный амулет, который он всегда носил на шее.

Он понял намёк. И понял, что это только начало.

Его заставляли работать. Шантажировали мной, знали, где я бываю, с кем говорю, в какой день ухожу позднее обычного. Он подчинился не потому, что боялся за себя.

Он боялся за меня.

Но спустя год всё стало хуже. Намного. Те же люди втянули его в новый проект — «Подменённая личность».

От самой формулировки меня бросает в дрожь.

Это жуткая смесь магии и алхимии: снимать личность с одного человека и вживлять её в другого. Создавать управляемые копии. Людей-двойников, которые выглядят как прежние, но внутри — чужие. Так можно было менять свидетелей, придворных, советников, да кого угодно.

И, разумеется, папа не хотел участвовать.