Книга Дар огненной саламандры, страница 18 – Ти Шарэль

Грэм сам налил мне травяной настой и протянул чашку. Вдохнула горячий пар — запах совсем незнакомый, горьковатый, но приятный. На вкус напиток оказался чуть вяжущим, но по-настоящему вкусным.

— Скажите..., - тут я замялась, не зная, как обратиться к мужчине.

— Грэм. Пожалуйста, называйте меня просто по имени.

— Спасибо, — кивнула я и продолжила, — скажите,Грэм, что означают ваши слова про... саламандру?

Последнее слова буквально выдавила из себя, с трудом преодолев приступ головокружения.

— Вы не знаете? — мужчина выглядел потрясенным.

— Наверное, я бы не спрашивала, если бы знала, — терпеливо, как своему нерадивому студенту сказала я.

— Огненная саламандра — огромная редкость и такая же ценность, вита. Пара для двуединого, которая делает его цельным. Когда о вас узнают, это будет событие мирового масштаба. Последняя саламандра появлялась в соседнем государстве, в Висталии, и это случилось больше пяти лет назад. Но там темная история.

— Что случилось? — спросила действительно заинтересовавшись. Мало ли чем это может мне грозить?

— В Висталии устроили отбор на обладание саламандрой. Выиграл брат короля — князь Бодерик Ружский, они прошли обряд, он получил дар, но саламандра погибла три года назад.

— Почему?

— Стефан отправлял официальный запрос, но ответ пришел, что обстоятельства смерти неоднозначные, кроме того, что она была насильственной. Виновных так и не нашли.

Тут он опомнился:

— Как вы можете этого не знать? Об этом говорили во всем мире!

Вот и пришло время для импровизаций. Ну, спасибо книжкам и сериалам, я знала, что говорить:

— Я могу вам доверять, Грэм?

— Конечно, вита Астерия. Если хотите я поклянусь, и Барр засвидетельствует клятву. Или вы обратитесь к своей…

— Нет-нет, пусть будет Барр.

Я смотрела на мужчину и понимала, что он вызывает у меня доверие. И в отличие от того же ректора, пытается поговорить и рассказать, а не тащить в свою берлогу. Хотя, теперь я хотя бы выяснила, чем внезапно стала представлять такую ценность.

— Клянусь сохранить в тайне все, что будет мне сейчас сказано Астерией вита Яррой Дорн, — очень серьезно проговорил Грэм, и на его ладони вспыхнул объемный огненный символ, после как будто впитавшийся обратно в руку.

Грэм посмотрел на меня вопросительно, и я кивнула, принимая клятву.

— Я не была с-с-саламандрой до сегодняшнего дня, — начала я осторожно, испытывая дурноту, произнося это слово, — по крайней мере, мне так кажется.

— Но как это возможно?

— Пока не знаю. Скажите, вы сразу поняли кто я?

— Да, Барр сразу сказал мне...

— А какой шанс, что этого не заметили раньше?

Грэм задумался, потом ошарашенно покачалголовой:

— Вы правы, вита.

— Называйте меня Ю... кхм… Астерией.

— Спасибо. Но я буду делать это только наедине, Астерия. В обществе не принято обращаться к вите просто по имени.

— А к виту?

— Ко мне вы можете обращаться по имени, не опасаясь нарушить правила.

Тут я вспомнила важный момент в начале разговора:

— А что вы имели ввиду, говоря, что с-саламандра делает д-дракона цельным?

— Он может обращаться в свою внутреннюю ипостась. Быть драконом или человеком по желанию.

Боже упаси!

— И много сейчас таких цельных д-драконов?

— Нет, Астерия. Очень мало. Даже учитывая продолжительность жизни вит и витов. В нашей стране только двое — король Стефан и герцог Салаевский. Но последний уже лет тридцать как удалился с женой в свое поместье и не вмешивается ни в политику, ни в прочие дела государства.