Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 251 – Мария Вельская

Я едва не выпустила второй веер. Вэйрин? Что с тобой? Где ты?!

Сердце отдалось гулом в ушах. Миг. Второй. Третий.

И я уже решилась шагнуть, видя, как дёрнулась рука фальшивки, как скользнул из нее пузырёк. Уже напряглась, почти нарушая узор танца.

Миг — и… фиал поймали.

Сердце застыло в ловушке сладкого ужаса. Ри Лайо.

Он не коснулся сцены. Завис в воздухе на тонком дрожащем лезвии.

Белое лицо искажено, губы дрожат, а сам наш признанный красавец выглядит так, как будто готов богам душу отдать.

Медленно, по ногтю, меч отплыл от сцены.

Глупая девица застыла, готовясь разрыдаться и нарушить порядок танца, но вдруг дернулась, как кукла-марионетка на верёвочке — и закружилась волчком.

Выстрелили, замелькали веера. Боль в груди смешалась с наслаждением. Торжественным отзвуком таяли последние ноты в воздухе.

И вот мы плавно опустились ниц, на колени, упираясь лбом в пол и моля богиню даровать нам свою волю.

Для меня сейчас не существовало мира — только эта связь, тонкая, звонкая, притихшая. И кто же тебя достал, партизан ты доморощенный? Твою ж змеиную жо… голову с рогами, Вэйрин Эль-Шао!

Нарушаю торжество момента? Случается. Я ещё здесь только потому, что не хочу подвести этих девочек и всех, кто здесь собрался на дивный праздник.

Все мои мысли — о том, что где-то рядом кипит схватка.

Что я, похоже, оказалась права. Я знала, что так мучило Ри Лайо.

И лишь кровожадное счастье Бабочки, да мощный поток энергии, который поступал от веера, уверяли меня, что всё под контролем.

Нежить подозрительно не проявляла активности.

Снова невидимый отсчёт. Миг. Другой. Третий. Неровно стучит сердце.

Неужели всё-таки… Провалились? Неужели всё было зря? Я не знаю, каким слухам верить,но, небеса, пусть этот Снежный день не омрачится никакими бедами!

Текли секунды. Тишина звенела в моих ушах. Затекла спина.

И вдруг колокольчиками разнёсся по залу мягкий грудной смех.

Я вскинула голову.

И застыла, онемев.

Их было двое. Две богини.

Одна — сотканная из снега и льда. И другая — как лепесток зари, как её младшая дочь.

Из их ладоней исходило сияние, лепестками и льдинками расходясь по кругу.

Танец в честь Снежного Рассвета снискал благоволение богинь. Вот только меня сейчас это не интересовало.

Мягко плыла по залу золотая дымка. Смешивалась с серебристой. Каплями рассыпалась, оседая на одежду и волосы учеников и мастеров. А я вдруг поняла, что на богинь никто и не смотрел — кроме, быть может, ректора или названого лисьего папочки — но сейчас мне было не до них.

Никто не видел двух женщин, парящих над залом. И в чертах снежной богини не было ничего похожего на капризное совершенное личико девицы, которая устроила когда-то, целую вечность назад, мне испытания с подвохом.

Мне что же, неправильная богиня досталась?!

Не может такого быть. Просто. Не может. Я медленно моргнула. Капля золота растаяла на моих губах. Это было похоже на игривые брызги шампанского. Кровь кипела в венах, играла, шипела, дарила лёгкость и восторг.

— Какая чудесная нынче будет ночь… И каким ярким будет после неё Рассвет, — с нежной улыбкой пропела невесомая красавица в золотых одеяниях.

— Зима уступает место весеннему Рассвету, — согласилась женщина в лазоревых одеждах, что отливали всеми оттенками синевы. Во лбу её горела снежинка, — как и заповедано с начала времён. Дети порадовали нас сегодня. На многие лета императорскому дому дарую Я свою милость, сестра.