Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 250 – Мария Вельская

Тело напряжённо звенело в танце. Тягучем. Завораживающе нежном. Рукав укрывает лицо. Плавно перебирают в воздухе руки. Быстро-быстро мелькает веер. Чёткие движения. Гневные. Обманчиво порывистые.

Вот девушки разбегаются в разные стороны, а я кружусь, кружусь, отведя одну руку в сторону, параллельно полу, а вторую прижав к груди. Гневный танец проклятой колдуньи!

Искры силы разбегаются по площадке.

Взмах веера — и мелодия меняется. Циньпоёт песню надежды, песню отчаянья.

Возвышается над укрытой снегом, скованной столицей драгхо дворец императора. Днями и ночами стоит на крыше молодой Владыка, невзирая на снег и непогоду. Он молит богиню даровать милость, молит позволить ему спасти свою страну, сохранить жизнь его народу.

Движения становятся медленными. Я склоняюсь ниже, почти становясь на колени. Укрывает вновь нижнюю часть лица рукав, трепещет сложенный веер.

Миг — и рассказ течет дальше. Стонет флейта, звенят колокольчики. Воинственный рокот барабанов врывается в сознание. Вот в руках уже по два веера. Выбивают золотые искры из пола пятки — словно поступь императорского войска. Движение бёдрами. Руки скользят вверх-вниз со сложенными веерами, выпад, танец, удар, схватка, жизнь.

Не единой нечеткости. Ни единого непонимания, хотя до этого мы никогда не танцевали вместе.

Каждое движение наполняет силой, каждый поворот — как знак судьбы, и золотое сиянии разливается над нашими фигурами, ослепляет сознание, дарит надежду. Вот сейчас. Вот ещё немного. Ещё совсем немного… И мы, вместе с юным императором, пройдём испытание богини, вкусив сладкие плоды победы.

Я чётко ощутила, как всё изменилось, в одно мгновение. Шаг в распахнутые невидимые врата, трубный глас флейты, вскинутая рука.

Лисица поймала запах убийцы. Совсем рядом. Совсем близко. Его запах остался на одной из танцовщиц. Ужас сжал сердце. Если они преступили заветы богини и это девица не невинна…

Но времени думать не было. Я видела, как глупая влюбленная дурочка готова уронить фиал, который разольётся прямо на сцене. Может произойти всё, что угодно. Нарушится узор танца или он и вовсе прервется. На участниц вместо благословения обрушится проклятье, а этот мерзавец добьётся того, чего хочет.

Мелкая дрожь сотрясла тело. Рукав изящно прикрыл лицо.

— Бабочка, чуешь аромат этой тьмы? — Дракон на веере широко зевнул и кивнул. — Найди его обладателя. Найди, и… — я сглотнула, — если не сможешь тяжело ранить так, чтобы он не сбежал и не нанес никому непоправимого вреда — уничтожь!

Веер задрожал, как преданный пёс, благодарный хозяину за любой приказ.

Миг — и, полыхнув невидимым почти никому темным пламенем, моё духовное оружие исчезло. Всё это заняло пару секунд, которые казались вечностью.

Поднять голову. Улыбнуться.Поклон. Сердце пропустило удар. Вэйрина нет. Нет и Дэйлуна, и Арга.

Взвивается ввысь жемчужным восторгом музыка.

Танцовщицы слетаются в стайку, несколько рядов по три девы драгхо, и лишь одна девушка продолжает кружить перед нами, следуя за длинной шелковой лентой на тонком шесте.

Это она. Здесь, передо мной. Так близко и так недосягаемо далеко.

Либо я нарушу рисунок танца — и мне конец.

Либо… наши с Вэйрином узы натянулись. Невидимые, но сейчас осязаемые. Сыпанули снежным колким крошевом. Чтоб этому негодяю голым задом на дикобраза сесть!