Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 4 – Юлия Ханевская

В проеме — он.

Дейран.

Высокий, широкие плечи практически заполняют дверной проем. От его присутствия воздух становится плотнее, тяжелее.

Шаги уверенные, гулкие — словно удары.

И этот взгляд… напряженный, цепкий. В глубине карих глаз проскальзывает ледяная вспышка, дракон внутри рвется наружу.

Я вздрагиваю: совсем недавно он повышал на меня голос. Никогда прежде такого небыло.

Больно смотреть на него. Слишком больно.

Но голос его сейчас звучит иначе — мягче, глубже. В нем нет того гнева, что прожег меня за ужином.

— Настоящего развода я тебе не дам, — говорит он низко, — Ты моя жена. Я люблю тебя, Анара. Но долг перед родом… он выше. Ледяных драконов осталось слишком мало. Наша магия уникальна, ее не повторить. Император ждет от нас наследника. Сына.

Император.

Вот оно.

Правитель в очередной раз вмешивается в судьбы своих подчиненных.

Каждое слово Дейрана вымерено, выточено. Он словно убеждает не только меня, но и самого себя.

— Я не разлюбил тебя, — добавляет он, делая шаг ближе. — Ты все еще моя истинная пара.

Я замираю, сжимаю пальцы в кулаки. Слова ласкают слух, но внутри лишь горечь. Я слышу признание, но оно разбивается на мелкие осколки.

— Тогда зачем нужна другая? — резко бросаю я, даже не узнавая собственного голоса.

В нем злость, боль и отчаянное желание вернуть прежнего мужа, который смотрел только на меня.

И тут же понимаю — прозвучало это жалко.

Эгоистично.

Я закрыла глаза на его долг, на судьбу рода, и требую лишь одного: быть у него единственной.

Но я ничего не могу поделать. Я глуха к его оправданиям.

Боль сильнее разума.

— Ради сына, — отвечает он, и в этих трех словах звучит ледяная решимость.

Я будто спотыкаюсь об эту фразу.

Ради сына. Ради наследника.

А я тогда ради чего?

Ради кого я жила двадцать два года, ради чего рвала душу, рожала, теряла, снова вставала на ноги?

— Ты не понимаешь! — мой голос срывается. — Это не долг, это предательство! Ты разрушаешь нас, нашу семью!

— Я пытаюсь ее сохранить, — парирует он жестко, и шаг за шагом сокращает расстояние.

— Сохранить? — я отступаю, пока не чувствую спиной холодную стену. — Каким образом? Приведя в наш дом другую женщину? Думаешь, я смогу это вынести?

Ледяные искры в его глазах вспыхивают все ярче. Лорд-дракон, командир, привыкший ломать сопротивление, стоит передо мной — и давит одной своей решимостью.

— Ты слишком много видишь в этом личного, — бросает он.

— Личного? Это моя жизнь, мой брак, мои кости и кровь! — я уже почти кричу, голос дрожит, но я не отступаю.

Он нависает надо мной, дыхание обжигает.

— Дейран… — выдыхаю я, срываясь. — Если пойдешь на то, что запланировал,я не останусь.

И в этот миг его терпение лопается.

Он словно зверь, сорвавшийся с цепи, резко наклоняется, с силой сгребает меня в охапку и прижимает к себе.

Губы накрывают мои — грубо, жадно, властно.

Я сдавленно мычу, протестуя, упираюсь в его грудь ладонями, но он лишь сильнее вжимает мое тело в свое.

Этот поцелуй — не просьба, не ласка. Это утверждение его власти надо мной.

Это ярость и отчаяние, стиснутые в одно порывистое движение.

Сначала я бьюсь в его объятиях, будто пойманная птица. Сердце колотится так, что я слышу стук в висках. Кулаки слабо ударяют в его грудь — там, где каменная броня мышц и упрямства.

Он не отступает.

Его губы жгут мои — дыхание горячее, требовательное.