Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 8 – Юлия Ханевская

Но я не могу остановиться — я хочу, чтобы дочь услышала правду, встала рядом, поддержала меня.

— Скажи ему, что это безумие! — я смотрю на нее умоляюще. — Скажи ему,что он не имеет права!

В груди вспыхивает крошечная искра надежды: она — моя кровь, моя дочь, моя девочка. Она должна понять, должна быть на моей стороне…

Лайла моргает несколько раз, переводя взгляд то на отца, то на меня. Ее лицо бледнеет еще сильнее, губы дрожат — видно, что она не ожидала услышать подобное.

— Когда… — голос у нее срывается, она глотает ком в горле и берет себя в руки. — Когда вы собирались сказать нам об этом? Мне? Делии?

Я сжимаю ее пальцы сильнее, словно цепляюсь за соломинку. Но Лайла осторожно высвобождает руку, и это движение обжигает меня.

— Надо связаться с Делией, — говорит она, уже спокойнее, даже тверже. — Обсудим это вчетвером.

— Нет, — резко бросает Дейран, нахмурившись. — Тут нечего обсуждать.

Но дочь упряма, как и он сам.

Она подходит к шкафу, достает изящное зеркало в серебряной оправе, и поверхность его вспыхивает мягким светом.

Через миг в нем появляется лицо моей младшей — Делии. Волосы чуть взъерошены, она, наверное, училась и оторвалась от книги.

— Что-то случилось? — спрашивает она, настороженно прищурившись.

— Да, — быстро отвечает Лайла, не отрывая взгляда от зеркала. — Папа хочет… найти другую женщину. Чтобы она родила ему сына.

В груди у меня замирает сердце. Я жду, что сейчас Делия вспыхнет, возмутится, встанет за меня горой. Но вместо этого я слышу слова, от которых холодеют руки:

— Мама… папа прав. Род требует наследника.

Я моргаю, не веря своим ушам, но дальше — еще хуже.

— Ты же уже стара, мама, — Делия говорит это жестко, будто приговаривает меня. — Ты не смогла забеременеть за последние семь лет. Ты не сможешь дать сына и теперь. А папа обязан продолжить род. Мы созванивались с ним, он мне рассказал. Ты ведь так и останешься его женой и нашей мамой, просто придется взять на воспитание еще одного ребенка. Разве тебе сложно?

Эти слова бьют в самое сердце.

Я чувствую, как подкашиваются ноги.

Дочки смотрят на меня глазами своего отца — твердыми, холодными, правильными.

А я… я для них будто стала лишней.

— Я требую развод! — мой крик взрывается в воздухе, как раскат грома. — Развод! Больше ни дня не пробуду в этом замке, Дейран. Рядом с тобой! Рядом с вами!

Я не забочусь о том, что после этой бездумной истерики, возможно, буду жалеть о сказанном. Менянесет в пропасть, и замедлиться не получается.

Руки дрожат, слезы застилают глаза, я почти не вижу, как переговорное зеркало со звоном падает на пол и рассыпается сотней блестящих осколков.

Лайла вскрикивает от испуга.

Дейран устремляется ко мне.

Его шаги тяжелые, и от каждого по каменному полу расползается тонкий иней. Стены начинают покрываться трещинками льда, воздух становится пронзительно холодным.

— Значит, развод.

Его голос звучит так ровно и так страшно, что я замираю, как зверь, загнанный в угол.

Тишина повисает глухим колоколом.

Я понимаю — сказанное уже не вернуть.

Он смотрит на меня ледяными глазами и продолжает:

— Тебе не придется страдать и терпеть. Я не желаю больше наблюдать твои истерики.

— Папа, ты серьезно⁈ — Лайла в ужасе смотрит то на него, то на меня.

Он отводит взгляд, словно я перестала существовать для него, и холодно бросает: