Книга Ненужная. Рецепт для Дракона, страница 51 – Александра Берг

— Марта, — я резко обернулась. — Как вы здесь оказались?

Экономка скуксилась, сжала бледные губы и с досадой шлёпнула себя по колену.

— Да вот… — голос женщины сорвался до жалкого лепета. — В гости надумали… Соскучились больно…

— Марта, — медленно покачала головой. — Не ври мне.

Я сделала паузу, сама не веря в слова, которые готовы были сорваться с языка.

— Неужели… — выдохнула, — неужели Корин вас выгнал?

Марта не ответила, но я и без слов всё поняла.

— Не выгнал, — наконец прошипела экономка, скорчив рожу, достойную горгульи. — Выгнала! Не Корин, нет. Этот… этот… фарфоровый ангел! — женщина сжала губы до белизны. — Вы, госпожа, только-только за порог — а она… Чёрт бы её побрал! На следующий день сразу же взяла бразды правления в свои руки!

Не успела она договорить, как со стороны камина раздался такой оглушительный, раскатистый храп, что мы обе подпрыгнули. Йозеф, недовольно причмокнув губами, перевернулся на другой бок и снова затих.

Побоявшись, что старик очнётся от гневного бубнёжа, я мягко опустила руку Марте на плечо.

— Пойдёмте, — шепнула, увлекая её за собой на кухню.

Марта, дрожа от собственного гнева, покорно последовала за мной.

Ей нужно успокоиться. Да и мне не помешает. Чай? Да, определённо чай. Хотя… В голове промелькнула шальная мысль: а может, вина? У меня ведь ещё осталось. Не всё пошло на зелья… Но я мысленно качнула головой. Нет, вино лишь подольёт масла в огонь. А нам обеим нужен холодный рассудок.

Стараясь не греметь, я сняла с полки две тяжёлые глиняные кружки и пузатый заварочный чайник. Вода в котелке над угасающим очагом уже тихонько запела. Я отломила щедрую ветку от пучка мяты, и комнату наполнил густой, успокаивающий аромат.

Марта, не в силах молчать, продолжила свой рассказ:

— Таквот… Ворвалась на кухню с рассветом. Не женщина, а фурия! И ручками своими тонкими этак — брезгливо взмахнула, будто мошку отгоняла.

Марта карикатурно изогнула кисти, передразнивая жеманство Эльмиры, пока я заливала мяту кипятком. Густой пар с запахом летнего луга поднялся от носика, на миг скрыв от меня перекошенное злобой лицо экономки.

— И давай верещать своим писклявым голоском! «Это убрать! То переставить! А что это за вонь?» — говорит. Вонь, госпожа! Это мой утренний хлеб поднимался, который так любит господин Корин! Сказала, что отныне в доме будет пахнуть только «франгийскими духами и пурпурной свежестью». Чтоб её прах этой свежестью пах! Всю мою выпечку… Всю! Велела выкинуть псам! С таким лицом, будто я ей дохлую крысу подсунула!

Она на миг замолчала, переводя дух.

— А потом и вовсе понеслось! Вышла в сад… Ваш сад, который вы по камушку, по травинке собирали, своей магией лелеяли! Обозвала его «деревенской безвкусицей», а от ваших целебных трав, сказала, несёт «простонародьем»! А ещё… — Марта понизила голос до конспиративного шёпота, будто боясь, что и здесь, в стенах моего старого дома, у Эльмиры есть уши. — А ещё она заявила, что дом надо «очистить от старой энергии»! И пригласила для этого какого-то хлыща из столицы.

Марта снова скорчила презрительную гримасу.

— Приехал вчера вечером! Худой, как жердь, в штанах цвета павлиньего хвоста, и волосики свои маслицем прилизал. Ходит, носом водит, брезгливо так. Хочет, видите ли, «поставить правильную защиту»! А наш Йозеф ему не угодил — говорит, его храп, будь он неладен, «нарушает тонкие магические вибрации»! Именно из-за храпа Йозефа попросили покинуть дом. А куда он должен идти? — голос экономки задрожал от обиды. — На двор? Спать на подстилке как дворовая собака? Нет!