Книга Чародейка по соседству, страница 86 – Елена Эйхен

— Слушайте меня внимательно, — Герберт вздрогнул и выпрямился, инстинктивно реагируя на командирский тон. — Ты остаёшься за старшего, Герберт, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Головой отвечаешь за лавку. И самое главное… — Я сделала паузу, сглотнув ком в горле. — …за Анжелику. Не выпускай её из виду ни на секунду. Ты меня понял?

Старик, бывший разбойник, кивнул. В его выцветших глазах мелькнула сталь — та самая, что когда-то помогала ему выживать на больших дорогах.

— Понял, хозяйка. Костьми лягу, но девочку в обиду не дам.

Я повернулась к Элеоноре. Её губы дрожали, она комкала передник, готовая разрыдаться.

— Элеонора, — я взяла её холодные ладони, сжала крепко, передавая свою уверенность. — Никаких слёз. Ты нужна нам сильной. Печь не гаси. В доме должно быть тепло и пахнуть хлебом. Во всём помогай Герберту.

— Эмилия… деточка… а если вы… — всхлипнула она.

— Мы вернемся, — отрезала я, не давая ей закончить страшную мысль. — Я обещаю. Слышишь? Я вернусь и приведу домой Кристиана.

Я не знала, как я это сделаю. Но я знала, что сделаю, даже если мне придётся перевернуть всё королевство вверх дном.

Не давая себе времени на сомнения, я развернулась и шагнула в ночь.

Дождь хлестнул по лицу, мгновенно пропитав платье сыростью. У крыльца ждала черная карета Тайной Канцелярии.

Гвардеец молча распахнул дверцу.

Я поднялась по ступенькам и нырнула в тёмное, пахнущее кожей и сыростью нутро экипажа.

Внутри царил полумрак. На одной скамье,бледный, с закрытыми глазами, откинулся Лорд Валериус. Его рука всё ещё лежала на груди, там, где утихала боль, но другая рука — рука власти — крепко сжимала рукоять шпаги.

Напротив сидел Кристиан.

Закованный в кандалы, с мокрыми от дождя волосами, прилипшими к лбу. Он поднял на меня взгляд. В его глазах было столько боли и вины, что мне захотелось кричать.

Я села рядом с ним, расправила мокрую юбку и положила свою ладонь поверх его скованных рук. Металл наручников холодил кожу, но под ним я чувствовала жар его тела.

Дверь захлопнулась, отрезая нас от внешнего мира. Карета дёрнулась и покатилась по брусчатке, увозя нас в неизвестность.

— Ещё каплю, — хрипло потребовал Валериус, не открывая глаз.

Я взяла флакон из его кармана. Карету тряхнуло на ухабе, но я удержала драгоценный эликсир. Отмерила дозу. Сейчас моя власть над этим человеком была сильнее, чем все его титулы. Я дирижировала его болью.

Кристиан молчал всю дорогу. Он смотрел в окно, где проплывали тёмные силуэты домов Асмиры, и челюсти его были сжаты так, что на скулах ходили желваки.

Наконец, мы остановились.

Гарнизон встретил нас лязгом ворот и факелами, шипящими под дождём. Каменные стены давили, воздух здесь был спёртым, пропитанным казарменным духом и страхом.

Нас не повели в подземелья. Видимо, Валериус не хотел расставаться со мной ни на минуту. Нас доставили в комендантскую комнату — просторную, холодную, с огромным камином, в котором едва теплился огонь.

Валериус тяжело опустился в кресло. Его лицо по-прежнему оставалось серым, но взгляд стал ясным и цепким.

— Приковать его, — кивнул он на Кристиана. — К решётке.

— Прошу вас, — попыталась возразить я, но Кристиан покачал головой.

Гвардеец щёлкнул замком, пристегнув цепь кандалов к массивной оконной решётке. Кристиан оказался в унизительной позе — полусидя на подоконнике, руки разведены. Но даже так он умудрялся смотреть на Валериуса сверху вниз.