Онлайн книга «Баронство в подарок»
|
Потом начались танцы. Первый танец, как и полагалось, я разделила с Эваном. Его рука была твердой на моей талии, пальцы сцеплены с моими. Мы двигались в такт музыке, и он что-то говорил, шутил, но я почти не слышала. Все мое внимание было поглощено странным напряжением, что витало между нами. Это было не неловкость, а что-то острое, почти электрическое. Каждое прикосновение, каждый взгляд, брошенный на меня поверх голов других гостей, отзывался легким током по коже. Он был близко, так близко, что я чувствовала тепло его тела, и это рождало не страх, а странное, щемящее волнение. Затем ко мне подошел Райен. Он поклонился с безупречной, холодной формальностью. — Мадам, позвольте? Я кивнула, и его рука легла на мою талию. Там, где рука Эвана была живой и теплой, его прикосновение было прохладным и абсолютно нейтральным. Мы закружились, и я почувствовала разницу. С Эваном танец был диалогом, пусть и напряженным. СРайеном — это был безупречно исполненный ритуал. Его движения были точными, выверенными, он вел меня с абсолютной уверенностью, но между нами лежала ледяная пустота. Он смотрел куда-то поверх моего плеча, его лицо было бесстрастной маской. Я была для него не женщиной и даже не невесткой, а просто элементом протокола, который нужно корректно провести по паркету. Холод исходил от него волнами, и к концу танца мне захотелось накинуть на плечи шаль, хотя в зале было тепло. Возвращаясь к Эвану, я поймала его взгляд. Он был пристальным и каким-то… оценивающим. Словно он тоже чувствовал эту разницу и пытался ее понять. — Ну что? — спросил он, когда я снова оказалась рядом. — Выжила? — Едва, — выдохнула я, чувствуя, как странное напряжение между нами снова нарастает. — Ваш брат… он как ледник. Красиво, мощно, но замораживает все вокруг. Эван усмехнулся, но в его гладах не было веселья. — Да, он мастерски умеет создавать атмосферу вечной зимы. Но вас, кажется, не так-то просто заморозить. — Он взял мою руку, и его пальцы снова обожгли мне кожу. — Пойдемте, представлю вас кое-кому еще. Наш министр магии просто обожает умных женщин. Особенно тех, кто способен заставить диагностическую сферу сиять, как малое солнце. И снова это странное, щемящее чувство в груди. Страх прошел. Осталось лишь это — настороженное, живое любопытство и осознание, что фиктивный муж, стоящий рядом, вызывает куда более реальные и сложные чувства, чем все остальное в этом волшебном, но холодном дворце. * * * После бала что-то изменилось. Тот наэлектризованный танец, это странное напряжение, витавшее между нами в бальном зале, не исчезло. Оно вернулось с нами в особняк, невидимое, но ощутимое, как запах грозы перед дождем. И я поняла, что больше не могу терпеть эту стену из шуток и легкомыслия, за которой Эван прятался. Он стал приходить ко мне в кабинет еще чаще, но теперь его визиты были лишены прежней беззаботности. Он по-прежнему шутил, но шутки его стали острее, с горьковатым привкусом. Он приносил книги по магии, о которых мы спорили до хрипоты, и его ум, всегда скрытый под маской шута, проявлялся во всей своей блестящей, проницательной мощи. Он мог часами объяснять мне сложнейшие теории энергетических потоков, и в эти моменты его глаза горели настоящим, неугасимым огнем. Как-то вечером, после особенно жаркого спора о природе магического резонанса, я не выдержала. |