Книга Пожиратель Людей, страница 73 – Никки Сент Кроу

— Всю историю, — сжимаю я челюсть.

— Отлично. Следуй за мной, — она сворачивает в главный коридор на первом этаже.

Я оглядываюсь через плечо. Замок затих после того, как я уходил раньше, но в дальних углах всё ещё слышны крики. Солнце начинает вставать, и свет вспыхивает через высокие окна мезонина.

Рискну ли я пойти с ней?

Мне приходит в голову, что эта женщина может быть паразитом, проникшим во двор Венди. Шёпоты про магию и ведьм. Я знаю, Венди смертная. Значит, слухи на самом деле об этой женщине.

Но она ещё и связана с моим прошлым и с тем, кем я себя считал.

Возможно, не случайноона здесь сейчас. Наши пути пересеклись именно тогда, когда я начал сомневаться во всём, во что заставлял меня верить отец, используя её как часть схемы.

Я решаю идти за ней.

Она ведёт меня в гостиную, где мебель изумрудно-зелёная, а шторы в тон. Она наливает себе выпить и предлагает мне. Чтобы быть осторожным, я смотрю, как она делает глоток из своего бокала, прежде чем отпить из своего.

Это сладкое вино, напоминающее волшебное вино фейри, но со слишком сильной кислинкой. Она перебивает жжение алкоголя.

— Я родом из Лостленда, — говорит она мне. — Родины Мифотворцев.

Одного из тайных обществ Островов, тех, что всегда работают за кулисами ради власти, престижа и богатства.

— Однажды я сделала плохую вещь, — она проводит рукой поперёк живота, бокал всё ещё в ладони. — Мифотворцами управляет совет из семи. Их называют Мифами, и когда-то меня должны были принять в их число. Но самый старый Миф решил, что я, ну, слишком… дикая, и обошёл меня, выбрав вместо меня своего племянника. Поэтому я убила его. Племянника, не Мифа. Это им не понравилось, — она тихо смеётся и начинает мерить комнату шагами.

Я не знаю, что делать с собой. Я всё ещё в шоке, что она здесь. Я всё ещё в шоке, что она каким-то образом сумела стать невестой принца, а потом пряталась на виду, выглядя как сама кротость, как подобает скромной будущей жене.

Но зачем? Зачем она здесь и какое это имеет отношение ко мне?

— Меня изгнали из Лостленда и с Семи Островов, — продолжает она. — Меня выбросили в смертный мир, и меня не только изгнали, но и перекрыли путь обратно на Острова. Как бы я ни искала, какую бы магию ни творила, я не могла вернуться.

Она обходит изумрудную софу с богато украшенной позолоченной рамой.

— Я устроилась мистиком в вашем мире, но с каждым днём моя магия слабела. Оторванная от Островов, я словно была отрезана и от собственной магии тоже. Я отчаялась и была готова попробовать что угодно. Смертный мир голодает по магии, но, если знаешь, где искать, можно найти нужных людей. Я пошла к гадалке и попросила указать мне путь, и она сказала, что дорога назад — «через крюк».

Она подходит к окну и делает глоток вина.

— Сначала я не поняла. Что это вообще значит? Месяцами я искала, анализировала и изводила себя. Пока однажды на пороге не появился мужчинаи не попросил меня проучить его непослушного сына. Мужчину звали Уильям Х. Крюк.

Я подозревал, что её история приведёт сюда, но всё равно, услышав имя отца после стольких лет из чужих уст, а не из моих, я ощущаю, как поднимаются все подавленные воспоминания о нём.

Я ненавидел этого человека и любил его одинаково. Я упорно добивался его уважения. Ещё упорнее старался соответствовать его стандартам. Но этого никогда не было достаточно. И, думаю, где-то глубоко внутри я знал: какие бы ни были эти стандарты, до них невозможно дотянуться, потому что они всё время смещались, всё время менялись.