Книга Баллада о зверях и братьях, страница 13 – Морган Готье

— Расскажи нам всё! — хлопает в ладоши Эрис, отбросив наполовину съеденное лакомство. — Мне нужны детали.

Закатывая глаза, я понимаю, что они так просто не отстанут, и уступаю их воле.

— Ладно. Это случилось в Баве…

— В Баве!? — её глаза расширяются.

— Дай ей рассказать, Эрис! — одёргивает её Никс, не менее заинтересованный в истории. — Значит, ты поцеловала его в Баве. И? — он делает рукой знак продолжать.

— Технически, это онпоцеловал меня.

— Где? — Эрис вцепляется в моё одеяло побелевшими от напряжения костяшками, не сводя с меня взгляда.

Я перебираю подсохшие волосы и начинаю нервно заплетать их.

— Когда мы убегали от Веспер, мы оказались в квартале борделей, и он затащил меня в тёмный переулок и поцеловал. Это было просто чтобы слиться с толпой. В этом нет ничего большего.

После секундного молчания Никс спрашивает:

— А ты поцеловала его в ответ?

Я открываю рот, ложь уже на кончике языка… но слова так и не вырываются. Они снова меня подводят.

— Да ну, ты поцеловала его в ответ! — Никс хлопает ладонью по матрасу. — Не думал, что в тебе это есть, Китарни.

— А каков был поцелуй? Он был хорошим? — Эрис перекрикивает его, явно желая услышать больше подробностей, чем я уже рассказала.

— Думаю, вы забываете, что я обручена, — какая жалкая отговорка.

Хотя у меня больше нет желания выходить за Бастиана,я до сих пор чувствую некую преданность ему. В конце концов, он — всё, что я знала, с тех пор как вообще могла представить себе брак. Всегда предполагалось, что мы с Бастианом будем вместе до конца наших дней. А теперь есть большая вероятность, что мы окажемся по разные стороны войны между мирами.

— Подожди! — голос Никса прерывает мои мысли. — Это всё ещё в силе?

Эрис хлопает его по груди тыльной стороной ладони и фыркает.

— Что? — хмурится он.

— Оставь её в покое, — одёргивает она.

— Послушай, если бы мой жених был одержим идеей выпустить древнего короля-демона и посылал за мной Пожирателей Душ, я бы, возможно, пересмотрел своё желание связать с ним остаток жизни.

— Нашёл кого слушать, — Эрис закатывает глаза. — У тебя же были интрижки на одну ночь, которые вели себя не менее безрассудно.

— И я на ком-то из них женился? Нет. Спасибо, что подтвердила мою правоту, — Никс качает головой и вновь поворачивается ко мне.

— Я знаю, вы оба желаете мне добра, — говорю я, прежде чем Никс успевает вставить слово, — но даже если всё, что вы говорите о Басе — правда, я не смогу перестать заботиться о нём в одночасье. Он единственный мужчина, которого я когда-либо любила. Отказаться от него — всё равно что отказаться от дома. Не уверена, что готова. По крайней мере, пока не поговорю с ним… пока не услышу его версию.

— А как же Атлас? — вопрос Эрис звучит словно пощёчина. — Ты, как минимум, испытываешь к нему влечение.

Я киваю, выпрямляюсь и отставляю в сторону остатки десерта.

— Полагаю, отрицать бесполезно, но я не знаю, чего хочу и что делаю. Мы с Атласом… становимся друзьями.

— У тебя загораются глаза, когда ты слышишь его имя. Это мерзко, — ухмыляется Никс.

— Мы не говорим, что ты должна забыть Бастиана и быть с Атласом, но…

— Именно это мы и говорим, — перебивает её Никс, и она бросает на него злобный взгляд.

— Ты совсем не помогаешь.

Игнорируя морскую эльфийку, Никс кладёт руку мне на лодыжку, добиваясь полного внимания.