Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 74 – Александр Нетылев

— Безмозглый мальчишка! Император не простил нас, он проявил милость! А милость Императора — это не подарок: это вложение; вложение, которое он делает, чтобы со временем оно вернулось сторицей. Это долг, отдавать который придется всей нашей семье.

— Простите, отец, — повинился Юань, — Я не знал, что…

— В политике нет места словам «я не знал»! — пуще прежнего разозлился министр, — Понесло же тебя по борделям именно в этот день! И надо же тебе было распускать слухи о своей великой охоте! Если бы ты молчал об этом до поры, если бы помнил о скромности, тогда это ограбление обошлось бы нам куда меньшей кровью.

— Но я не распускал эти слухи! — возразил юноша, — По крайней мере, целенаправленно. Да, я упоминал об этом несколько раз, но я никогда не приказывал болтать об этом на каждом углу!

Не сказать чтобы он не радовался тем историям, что еще недавно рассказывали о нем по кабакам. Не сказать чтобы не гордился своей славой великого охотника, — который добыл свой трофей благодаря мастерству, а не просто нашел посреди леса.Но никогда не мог подумать молодой господин Цзюй, что все обернется таким образом.

Что его венок победителя вдруг обратится в шутовской колпак.

— Однако об этом болтали, — безжалостно отрезал отец, — И вместо того, чтобы разобраться в том, почему это происходило, ты проводил время в пьянстве и разврате.

Не желая смотреть на недостойного наследника, он сосредоточился на продумывании следующего хода.

— Отец, я знаю, что вы не одобряете мой образ жизни, — ответил Юань, — Но поймите, что я не просто развлекаюсь. Кутеж и развлечения помогают мне заводить связи и знакомства среди молодого поколения столичной знати. Мои ровесники не почитают нравственность и философию, они почитают удовольствия и жизнелюбие. Их уважение окупится, после того как…

Цзюй Байдзе жестом оборвал его.

— Ты все это уже говорил мне не один десяток раз. Но сейчас тебе должно быть не до этого. Никаких пьянок, никаких развлечений. Сейчас все, что должно занимать твои мысли, это предстоящий государственный экзамен. Министр ритуалов рассказал мне в личной беседе, что в этом году Его Величество намерен принять ко двору одиннадцать новых чиновников третьей ступени. Ты должен любой ценой попасть в их число и получить назначение в Палату Державных Наблюдений.

— В Палату Державных Наблюдений?

Цзюй Юань нахмурился в недоумении.

— Но отец, разве вы не планировали, что я получу назначение в Ведомство Военного Снабжения?

Он съежился, увидев недовольство на лице военного министра, но кажется, на сей раз недовольство это было ближе к досаде, чем к гневу.

— Планировал, — неохотно пояснил он, — Там, под моим крылом, твоя карьера была бы легкой и быстрой. Но ситуация изменилась. Если нас атакуют, то бесконечно сидеть в обороне — стратегический проигрыш. Нужно переломить ситуацию. А для этого необходимо завоевать плацдарм.

Будто в подтверждение своих слов он выставил камешек в самую середину поля, захватывая территорию и переламывая на корню предсказуемую стратегию сына.

— Этот Жунь Менгъяо первым сделал ход против меня. Так пусть же теперь не винит меня за жестокость.

Произошел в то же самое время и еще один важный разговор, — но проходил он далеко и от поместья Цзюй, и от императорского дворца, и от Лицзяна, и от Западной Вэй, и вообще от Земного Царства.