Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 18 – Александр Нетылев

Поэтому не сомневался Мао Ичэнь, что этой ночью нормально выспаться не удастся.

Когда очередная разбойничья банда выходит набольшую дорогу, происходит одно из двух. Или её вскоре ловят и отдают в руки Ведомства Исполнения Наказаний.

Или же она быстро сговаривается между собой о том, какую добычу лучше не трогать, чтобы не привлечь внимание властей.

По всему выходило, что красотка в шелковом одеянии не была подходящей целью. Привычных крестьянок она превосходила настолько же, как драгоценный нефрит превосходит простые дешевые бусы, — но и спросят за неё не как за бусы, а как за нефрит. Разумнее всего было бы забыть о ней навсегда и поискать добычу себе по плечу.

Именно на это жаловался Го за чашей байцзю:

— Обидно ведь, разве не так? Им просто везет родиться в другой семье, а гонору, как будто это превращает их в каких-то небожителей!

— Тебе-то не все равно? — безразлично бросил Сан, — Или жениться вздумал?

Однако главарь не распознал иронию.

— Жениться нет, а вот проучить эту сучку хочу! Ух как хочу!

— Уймись, — посоветовал ему Сан, — Мы уже три года как договорились: с благородными не связываемся. Верно я говорю, Руо?

— Ы-ы-ы, — ответствовал самый крупный из четверки.

С тех пор как в одной драке ему прилетело палкой по виску, он редко вставлял в разговоры что-то более содержательное, а его имя, означавшее «утонченный», окончательно превратилось в насмешку.

— Не знаю как насчет «проучить», — высказался неожиданно обычно молчавший в таких спорах Юн, — Но девка такая сочная, что мы будем полными дураками, если упустим её сегодня.

Обрадовавшись неожиданной поддержке, Го саданул кулаком по столу, обрывая возражения:

— Значит, решено! Готовимся к самой лучшей ночи в нашей жизни!

Три часа спустя четверо друзей пробирались темным коридором постоялого двора. Они имели право здесь находиться: у них тут тоже была снята комната, хоть и всего одна на четверых. Но направлялись они, разумеется, отнюдь не туда.

Накануне Юн проследил, за какой именно дверью скрылась их сегодняшняя жертва.

Руо, как самого шумного и приметного, оттеснили назад. Сделав сообщникам знак молчать и не шевелиться, Го достал из рукава тонкий прутик тростника. Осторожно просунув его в дверную щель, он нащупал задвижку.

Пожалуй, воры-домушники из ночных братств назвали бы его работу грубой и неумелой, но все-таки, простейший запор отворить ему удалось.

Войдя в комнату, практичныйСан немедленно полез в тумбочку в поисках шкатулки с драгоценностями. Юн же, не удержавшись, приоткрыл оконные ставни, позволяя лунному свету осветить их главную добычу.

Девчонка была великолепна. Юная, нежная; сейчас она была одета только в тонкую нижнюю тунику, сквозь которую просвечивал тонкий и изящный стан. Темные волосы рассыпались по подушке, обрамляя прелестное лицо, формой напоминавшее сердечко.

Восхищенно вздохнув, Юн спросил:

— Можно я первый?..

И поймав взгляд главаря, тут же поправился:

— Я имею в виду, после тебя.

Го оглянулся на едва не отговорившего его Сана и готов был уже дать добро, но в этот момент Руо вскрикнул от боли и неожиданности. Как по команде, все трое сообщников обернулись к нему, — чтобы увидеть, как гигант зажимает окровавленное лицо, а маленькая и юркая белая тень стремительно исчезает за дверью.

— Что это было? — спросил Сан, прислушиваясь и пытаясь понять, не привлек ли внимания внезапный крик.