Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 17 – Александр Нетылев

Деревянный частокол огораживал обширную территорию, где располагался как сам постоялый двор, так и подсобные помещения — сарай, амбар, конюшня. Ичэнь удобно устроился на плечах Жунь Ли, всем своим видом намекая, что вовсе необязательно убивать бедного маленького лисенка, чтобы он поработал меховым воротником. Лисенок и сам согласится, если с ним по-хорошему.

Сама молодая госпожа покидала карету, опираясь на руку служанки. Не то чтобы эта помощь была ей так уж необходима; однако не полагалось благородной даме ходить без поддержки. Если у тебя есть власть, нужно ей пользоваться, — иначе как люди увидят, что она у тебя есть.

По этой же причине не заговорила она сама с хозяином постоялого двора. Дочь министра лишь стояла позади и надменно молчала, пока о трех комнатах на ночь, — для неё самой, для женской прислуги и для мужской, — договаривался старый Пэй Ронг.

Из всех спутников новоиспеченной «хозяйки» этот человек беспокоил Ичэня больше всего. Не из-за своих навыков боевых искусств, хотя по меркам смертных они были хороши, и будучи в полной силе, Ичэнь из уважения к ним сразился бы с Ронгом без магии и оружия.

После чего убил бы его и сожрал его печень. Тоже из уважения.

Нет, совсем другая особенность делала старого слугу опасным. Опыт. Для смертного он прожил немалолет, по меркам бессмертных его возраст достиг уже подросткового. И большую часть этого времени он не жил, а выживал. Навыки боевых искусств спасали его, — но куда больше спасало его умение вовремя распознать опасность и подготовиться к ней. Именно поэтому Пэй Ронг с таким подозрением смотрел на «малыша Бао-Бао»: хоть и не подозревал он в нем разумом Демона-Лиса, но подсознательно чувствовал, что с новым питомцем молодой госпожи что-то не так. И это чутье не обманывалось до конца умильной мордочкой белого и пушистого лисенка.

По той же причине он лишь парой мгновений позже Ичэня выделил опасную группу среди постояльцев. Четверо рослых мужчин из тех, кто перебиваются любой грубой физической работой, за какую им заплатят, — а в те месяцы, когда с работой плохо, не чураются и грабежа. Одежда их выглядела грязной и латаной, да и тела были не особенно чище.

Как и взгляды, которыми проводили они красавицу Жунь Ли.

Ронг сделал то, что обычно и делал телохранитель, когда вся угроза со стороны посторонних ограничивалась лишь взглядами. Позволил опасному выражению на своем лице стать хорошо заметным и как бы невзначай сжал рукоять меча. Обычно этого хватает: даже мелкие бандиты прекрасно понимают, что благородная дама, носящая дорогие одежды и путешествующая в карете, не станет нанимать в охранники человека, неспособного защитить её. Что она не станет легкой добычей для них.

Вот только не знал кое-чего старый слуга, что Ичэнь, будучи демоном, просто чувствовал. Не только хмельной мутно-белый напиток дурманил разум посетителей в эту ночь. Чуть поведя носом, Демон-Лис ощутил почти неуловимый для смертного аромат Цветов Греха.

Цветов Греха, что некогда росли в его саду в Замке Черной Скалы.

Не ведал бывший король, сколько цветов погибло при разрушении замка, а сколько из них опало в четыре нижних мира. Но не сомневался он, что теперь то тут, то там будет людям становиться сложнее держать себя в руках.

Моральные нормы или страх наказания — то и другое станет мелким и неважным для тех, кто вдохнет аромат демонских цветов. То, что было искушением, станет мечтой, что было мечтой, станет желанием, что было желанием, станет планом.